Потусторонний. Книга 1

— Здравствуй, — чуть хрипло произнёс я и соврал, — не хотел тебя напугать, прости.

— Что ты тут делаешь, Артемьев? На полу, в темноте?!

— Жду. Может быть тебя, — улыбнулся я. Она нахмурилась, затем зарделась.

— Дурак!

Звякнула машина. Ого. Я просидел здесь почти час! Медленно поднявшись, я открыл дверцу, вытаскивая оттуда горячее и уже подсушенное бельё. Девушка не уходила. Она мялась где-то на периферии зрения, и будто бы вела с собой какой-то жаркий спор.

— Что ты хотела, Инга? — память услужливо подбросила её имя.

— Артемьев, — начала было она, но тряхнула головкой недовольно, — то есть Илья. Илья, да. Мне нужна твоя помощь! Ты же стал одарённым?

— Моя помощь будет дорого стоить, — собрав одежду, я встал напротив неё, откровенно забавляясь.

— У меня нет денег, — растерянно произнесла Инга.

Я молчал, улыбаясь. Фигурка у неё была что надо. Но, конечно, не мой возраст. Слишком юна, пусть даже и не невинна.

— Почему ты так улыбаешься? — не поняла девушка. Скрестила руки на груди, приосанившись.

— Просто так, — не ответил я. — Хорошее настроение. Сила прямо бурлит во мне, не знаю куда её и деть.

— Ты общаешься с Фесенко, — выпалила Инга. — Она приворожила моего парня! Сделай так, чтобы она сняла приворот! Он мой! Только мой!

Какая милая дурость.

— Плата? — спросил я невинно.

— Прости о чём хочешь, — выпалила она. Я шагнул ближе, и она чуть отшатнулась, хлопая огромными васильковыми глазами, но не отступила.

— О чём хочу?

Между нами было несколько сантиметров.

— Артемьев... Илья... Я... — она стала почти пунцовой, но бегством спасаться не спешила.

— Уверена? — тихо уточнил я. О, какие демоны сражались в её душе. Какие страсти там кипели!

Она, наконец-то, коротко и чуть обречённо кивнула.

— Погладь тогда, пожалуйста, — сунул я ей в руки свою одежду и вышел из прачечной, насвистывая.

Инга, прижав к груди ещё сырую одежду, молча проводила меня взглядом.

К Васе я идти изначально не планировал, но после такого забавного разговора даже не удержался. Этот суровый и страшный мир подростков, запертых друг с другом в одном месте. С интригами благородных родов не сравнятся, но сколько в них эмоций! Сколько чувств!

Мне нравилось за ними наблюдать.

Дверь к ведьме отворилась почти сразу после стука.

— Чего тебе? — буркнула Василиса.

— Разговор есть, — широко улыбнулся я.