Заклинатель боли

Магнитоград был сердцем Уральской Губернии – края заводов, снабжавшего металлом всю Русскую Империю. Это довольно большой город – почти полмиллиона человек, и бродить по нему, пытаясь самостоятельно отыскать убежище Эдварда, можно очень долго. К счастью, те, у кого можно было бы спросить дорогу, отыскались довольно скоро.

– Помогите! – испуганный девичий крик донесся из арки на противоположной стороне улицы. – Кто-нибудь!

В ответ – лишь хриплый хохот, опять-таки из арки.

Прекрасно понимая, что происходит, я поспешил на помощь.

Трое крупных поддатых парней зажали в углу арки девчонку лет двадцати. Светловолосую, размалеванную и одетую достаточно вульгарно. Один из уродов держал ее за плечо, во второй его руке был зажат нож, которым он играл перед перепуганной мордашкой.

Мое появление не осталось незамеченным. Все четверо уставились на меня: ублюдки насмешливо, девчонка – с надеждой, которая, впрочем, тут же сменилась обреченностью. Ну да, внешне я на героя никак не тянул.

– Добрый вечер, – стараясь говорить ровно, хоть кашель и клокотал в горле, произнес я. – Чем занимаетесь?

– Да так, планируем приятно провести остаток ночи, – ответил тот, что держал девчонку. Затем недобро прищурился и спросил: – А что? Ты что-то против имеешь?

– Вообще-то да, – я кивнул и приблизился на пару шагов. За время путешествия по Магнитограду мне удалось восстановить запас силы в источнике на одиннадцать процентов. Должно хватить. – Поэтому валите-ка отсюда, пока не поздно.

– А то что? – поинтересовался второй ублюдок. Он стоял ближе всех ко мне и ловким движением извлек из кармана спортивных штанов кастет. – Ты, парнишка, походу, обдолбался чем-то, да? Героем себя почувствовал? Зря. Знаешь, сколько мы таких, как ты, в реанимацию отправили?

Двенадцать процентов. Что ж, еще лучше, и смысла ждать дальше я не видел. Пора…

И ублюдки, и девчонка ахнули, когда худой и нескладный паренек вдруг превратился в двухметровую уродливую тварь с жуткой клыкастой пастью и мощными лапами.

– Последнее предупреждение, – утробно прорычал я. – Чтоб через секунду вас здесь не было.

Двое уродов скрылись во дворе, громко, но бессвязно матерясь. А вот третий, тот самый, с ножом, удивил. Он оскалился, принял подобие боевой стойки, выставив руку с ножом и ловко рисуя им невидимые узоры.