Долгорукий. Суетолог Всея Руси. Том 2

Он подбросил шляпу в воздух, и та вдруг раскрылась в ширину, став похожей на черный зев чудовищной пасти. Клоун запрыгнул прямо в эту «пасть», на глазах уменьшаясь.

Шляпа несколько раз подпрыгнула на месте, будто проглатывая огромного монстра. Затем закрутилась волчком вокруг своей оси и начала стремительно сжиматься, пока не превратилась в точку и не исчезла в яркой вспышке.

Охранники напряженно оглядывались по сторонам, ожидая нападения в любой момент. Но клоуна больше нигде не было видно. Неужели ушел?

— Истребителей ведь вызвали? — напряженно произнес лидер отряда.

— Да, — ответил ему подчиненный. — Но ближайший отряд далеко и прибудет в лучшем случае через полчаса.

— Дерьмо... А отряд Черноморова?

— Они на задании. Связи с ними нет.

— Двойное дерьмо.

Внезапно шляпа возникла за спиной у Одаренного охранника. И из нее тут же выскочил клоун, моментом увеличившись до прежних размеров.

— Опа, сюрприз! А я туточки! — он быстро обмотал вокруг руки парня ленточку с воздушным шаром. — Никто не может грустить, когда у него есть воздушный шарик!

Одаренный несколько раз выстрелили в клоуна энергетическим сгустком, но тому все было нипочем.

Другие охранники начали палить в шар, Одаренный пытался разорвать ленту и освободиться. Но все было бессмысленно. Атрибутика клоуна, казалось, обладала такой же прочностью, как и он сам. Одаренный быстро взлетел высоко в воздух. Ветер понес его прочь.

— Он улетел! Но обещал вернуться... — клоун смахнул с щеки воображаемую слезинку. — Кому еще грустно без шарика?

Лыков стоял на самом верху огромного памятника Петру Первому в виде, собственно, самого Императора и корабля. Княжич стоял на вершине самой высокой мачты, откуда открывался хороший вид на всё Лукоморье. Его дорогой костюм был изодран в клочья после очередного неудачного полета и жесткого приземления. Но сам Лыков, казалось, совсем не пострадал после этого инцидента.

Выражение лица у него было как у человека, которому представился шанс отыграться за свои неудачи на ком то более слабом.

Он скрестил руки на груди и с презрительной усмешкой наблюдал за хаосом, творящимся внизу. Монстр-клоун продолжал свои безумные выходки, круша всё на своём пути.

— Неплохое начало, — произнёс Лыков, обращаясь к самому себе. — В самый раз, чтобы немного понизить мой уровень стресса.

Он потёр подбородок и хищно улыбнулся:

— Чёртов Долгорукий...