Ни слова о магах

Дома здесь расступились шире, и панельные пятиэтажки вдруг оказались совсем недалеко.

Он, уже не боясь потеряться, пошел напрямик к ним.

Вскоре он вышел на захламленный пустырь, больше похожий на городскую свалку. Дорог здесь не было, только множество пересекающихся, сплетающихся тропочек. Стадо пятиэтажек паслось на противоположной стороне пустыря. Ему надо было туда, но...

На пути, занимая стратегически важную точку пересечения вытоптанных троп, стояли люди.

Интуиция подсказывала, что с людьми этими лучше не встречаться.

Но Стасу надо было к пятиэтажкам. Через полчаса он должен был оказаться за пределами города, и не только потому, что так велел Степан Ильич, но и потому, что он надеялся до наступления вечера попасть в Сидельниково и, если получится, остаться там на ночлег.

Стас решил обойти подозрительную компанию стороной, по краю пустыря. Он уже было двинулся по одной из тропочек и тут же понял, что его заметили.

- Эй, парень! - окликнули издалека.

Он встал, решая, что делать.

Бежать?

Куда?

- Что? - откликнулся он.

- Поди сюда! - лениво позвали его.

- Зачем?

- Поговорим!

“Сегодня все зовут меня поговорить, что за день?”, - усмехнулся про себя Стас. И крикнул:

- О чем?

- Чего орать-то через всю площадь? Поди сюда, говорю!

- Площадь, - усмехнувшись, негромко повторил Стас. - Это у них называется “площадь”.

В компании было шесть человек. Это много. Двое малолеток - наверное, им нет еще и пятнадцати, а вот остальные выглядят намного взрослей.

- Пойдем, пойдем, - сказали совсем близко, за спиной, и Стас вздрогнул, оглянулся.

Итого восемь.

Слишком много.

Но бежать он не мог.

- Пошли, - сказал один из братьев. - У нас там костер, шашлычок. Угостим, чего уж. Нам не жалко.

И Стас пошел.

Действительно, на костре жарилось мясо. Вокруг огня сидели хмурые парни, держа в руках проволочные вертела.

“Уж не хряк-ли Маши, хозяйки пивбара?” - подумал Стас, остановившись в трех метрах от костра. Подойти ближе он не решился. Те двое, что конвоировали его, присоединились к компании.

Его с интересом разглядывали.

- Это ты там играл? - спросил один из парней, рыжий, веснушчатый увалень в рваной фуфайке и резиновых сапогах.

- Я, - признал Стас.

- Много накидали?

- Три рубля.

- А налог?

- Что? - Стас сделал вид, что не понял, к чему клонит конопатый.