Ни слова о магах

“Ему надо как следует выспаться...”

Когда пришла ночь, сорок патронов  выстроились рядком на столе.

Сорок выстрелов.

Джош и Смиф, уже никуда не торопясь, при синеватом свете газовой горелки стали заряжать свои револьверы. По шесть патронов в каждый барабан. Итого двенадцать у человека. Двадцать четыре - у обоих. Остается еще шестнадцать - на столе.

Сорок выстрелов - сорок смертей.

- Они придут за золотом, - усмехнулся Джош, - и получат его.

- И все же это расточительство, - недовольно заметил Смиф.

- Относись к этому проще. Мы богачи, мы можем это себе позволить... А теперь ложись спать.

- Что?

- Не думаю, что они придут сейчас. Уверен, они появятся ближе к утру.

- Почему ты так решил?

- На их месте я бы поступил именно так.

- Это меня не убеждает.

- И все равно, ложись.

Ворча, не убирая заряженные револьверы, Смиф добрался до своей кровати, упал на матрас, скрестил руки на груди. Сказал, уставившись в потолок:

- Спать я не собираюсь. Только отдохну немного.

- Вот-вот, отдохни, - согласился Джош, закрывая окно.

Ставней на втором этаже не было, занавесок тоже, поэтому он воткнул в деревянную раму ножи и повесил на них плащ, загородив темное стекло. Потом он подошел к незанятой кровати и, стараясь не шуметь, пододвинул ее вплотную к запертой двери.

- Им никогда не взять нас здесь, - сонно пробормотал Смиф.

- Они могут осадить нас и ждать момента, когда мы помрем от голода или жажды. А после придут и без особых  хлопот возьмут все золото. Зачем им лезть под пули?

Смиф не ответил.

Он уже спал.

В комнате стало темно. Карбидная горелка выдохлась, погасла. Дрова в печи прогорели, только порой пробегали по остывающим углям алые волны жара, отбрасывая на пол и стены тусклые отблески.

Джош, взяв револьверы в руки, лег на кровать и прикрыл глаза.

Как много событий может иной раз втиснуться в один нескончаемый день!..

Он задремал, не теряя над собой контроля. Он знал, что спит, он слышал каждый шорох, каждый скрип, он был готов пробудиться в любой момент.

Пришли странные видения - горбатый лекарь дрался с розовощеким толстым лавочником. Они катались по полу комнаты и визжали. Потом горбун встал, а лавочник остался лежать. Ему надо как следует выспаться, - сказал лекарь. Он усмехнулся, и уголки рта стали расползаться, лицо начало меняться, оплывать. Что-то страшное проглянуло в неясных чертах...

Джош на мгновение очнулся, отогнал неприятное видение. И вновь его сознание растворилось в грезах.