Ни слова о магах

- Вы признаете свою вину?

- Да, - прошептал Джош.

- Громче!

- Да!

- Хорошо.

Гражданский обвинитель ударил в гонг. Дождавшись, когда стихнут отзвуки, он встал и провозгласил:

- Алая Провинция и комендант Садир, выслушав потерпевших и свидетелей, выслушав обвиняемого, признают обвиняемого Джоша виновным в убийстве второй степени. И приговаривают к восьми годам тюремного заключения без права апелляции.

Джош вздрогнул. Поднял глаза.

Из-за стола поднялся обвинитель от гильдии надзора и обратился к нему:

- Обвиняемый Джош! Ваш револьвер убил ребенка.

Мы признаем вас виновным в небрежности, приведшей к смерти, и приговариваем к лишению звания стрелка. С настоящего момента вам запрещается иметь при себе огнестрельное оружие. Все ценности, изъятые у вас, переходят в гильдию надзора для покрытия судебных издержек. Хотите ли вы воспользоваться правом последнего слова?

Джош медленно встал.

Десятки лиц повернулись у нему. Любопытство светилось в глазах.

- Я убил много людей, - сказал Джош.

- Хороших и плохих, правых и неправых. Но ребенок... ребенок - это случайность. Это моя ошибка. А ошибки совершать могут только слабые. И значит я слаб - и в этом мое наказание... Вы не можете наказать меня больше, чем я сам наказал себя... - он помолчал и добавил. - И никакие слова, никакой суд не вернут мальчика.

Он опустился на скамью и закрыл лицо ладонями.

Больше не стрелок.

Восемь лет - это вся оставшаяся жизнь...

Рявкнул гонг.

- Суд окончен, - провозгласил властный голос.

- Уведите осужденного.

Клетка открылась. Джошу заломили руки за спину, скрутили запястья. Рывком подняли на ноги. Он не сопротивлялся.

Когда его вели мимо толпы, кто-то крикнул:

- Джош! Джош! Ты всегда был стрелком! Ты всегда им остаешься! Ты один из Пятерки!

Он поднял глаза. Прямо на него смотрел Пол и улыбался немного грустно, но ободряюще.

- Ты - легенда! Легенда! Навсегда!..

Из зала суда Джош вышел, чеканя шаг и высоко подняв голову.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: СТРЕЛОК.

Глава 8

Он потерял счет времени. Он спал, когда хотелось спать. Ел, когда приносили еду. Пил, когда была вода. Где-то по ту сторону каменных стен шли минуты и часы, день сменял ночь, луна и солнце гонялись друг за другом, а здесь всегда одинаково мерцал светильник под потолком, да хлопало порой окошечко в двери, через которое передавали в камеру пищу...

У него была уйма свободного времени и чтобы хоть чем-то занять себя, он стал тренировать свое тело.