Волков. Том 2

Но безутешный граф все еще не оставляет надежду спасти мать своих драгоценных детей, — начал вдруг бубнить диктор.

Я вздрогнул, услышав знакомые слова. Демоны, одержимость... ммм, как ласкает слух. Плюс в голове еще будто что-то сверкнуло. Пока не понял, что именно, но идея явно хорошая.

Сделал немного погромче и уставился в монитор, будто сам был слегка одержим.

— Да, Игнатий, все именно так. Наша съемочная группа находится в усадьбе господина Вольского, и сейчас он сделает важное заявление, — сказала корреспондентка, работающая на месте, на которую переключилась камера.

Вольский был нехилым денежным мешком. Немного полный, высокий, с хорошей прической, в дорогом костюме, лицо, не испорченное интеллектом. Типичный барыга, который благодаря своему таланту смог родиться в богатой семье.

Так вот, дядя скрестил руки пониже пояса, будто его хотели ударить «дамским приемчиком», скорбно уставился вниз и стал бубнить в микрофон.

— Ну, в общем, это ужасная ситуация. С моей дорогой Светочкой...

то есть со Светланой Ивановной стали происходить ужасающие метаморфозы. Ее тело вызывает ужас и боль. А ведь раньше она побеждала на конкурсах красоты, на одном из таких я ее и... в общем, встретил, — проговорил убитый горем мужик.

— Мы крайне вам соболезнуем, господин Вольский! Но как насчет того, о чем вы говорили недавно? — тут же заявила журналистка, понимая, что нытье богача вряд ли кому интересно.

— А, да, забыл сказать даже. Волнение, — тут же поправился Вольский. — Я готов идти на крайние меры.

И принял решение повысить награду за избавление Светоч... моей супруги от демона до пятисот тысяч императорских рублей, которые выплачу любом представителю нашей общественности, который окажет содействие в данном нелегком вопросе.

— Ооо, господин! — округлив глаза, простонала дамочка, чуть не проглотив микрофон. — Это солидная сумма! Новый бюджетный автомобиль Лада-вэдро стоит семьдесят тысяч. А за сто тысяч можно купить неплохой Петербуржец китайской сборки! Выходит, вы предлагаете незнакомцу несколько новых автомобилей.

Это беспрецедентный шаг!

— Да! Вы правы, все так! — чуть не плача заорал дядька, выхватив микрофон журналюги. — Но мне ничего не жалко для моей Светочки. Я снова хочу ощутить нежность ее упругой поп... души и тепло прекрасных сисе... влюбленных глаз. Эта тварь превратила ее в чудовище! Я хочу вернуть ей нормальный облик. И деньги здесь — это просто вода, пыль, которой даже не жалко.

— Эээ, да все понятно.