Пипец Котёнку!

— Ни о какой одержимости или чём-то подобном речи не идет, — Степан морщит лоб. — Но осмотреть молодого человека повнимательнее стоило бы.

Этого я и боялся.

— Если позволите, я договорился с Бернардом Хенриковичем. У меня прямо сейчас назначена тренировка. Могу я зайти к вам завтра?

Пытаюсь выиграть время. Надо придумать способ, как закрыться от пытливого ментального взора старика и при этом не вызвать подозрений.

— Когда это ты успел пообщаться с тренером, Котов? — встревает директриса. — И зачем тебе груб? Ты же, да простят меня боги, слабак, каких мало.

Степан едва заметно качает головой. То ли не одобряет слова Августины, то ли вовсе не согласен с ними. А может, и то, и другое. Он-то видит, что теперь Котёнок далеко не слабак. По крайней мере, в плане энергии.

Я же хмурюсь и отвечаю максимально вежливо:

— Вот затем, чтобы не быть слабаком, мне и нужны тренировки, ваше благородие. Так вы позволите?

— Хорошо, иди, — кривится директриса.

— Завтра после занятий сразу ко мне, — щурится Степан Карпович.

— Всенепременно. До свидания!

Встаю, кланяюсь обоим, покидаю кабинет. Удерживаюсь от того, чтобы послать Маргарите воздушный поцелуй, ограничиваюсь улыбкой и пожеланием хорошего вечера. А затем бегу в спортивный зал.

Где же он находится? Ярослав этого не знал.

Приходится спрашивать встречных учеников. Или воспитанников, вернее. Парни надо мной смеются. Хочется пересчитать им зубы, но помню собственное обещание — на сегодня драк достаточно. Подбегаю к паре девушек, включаю Обольщение:

— Красавицы, в какой стороне спортивный зал? Тот, где грубу учат.

Девицы-то красивые. У одной глаза-звёздочки и премилые веснушки, у другой — коса до пояса и майка в облипочку, повторяющая все изгибы юного тела. Есть о что глаза помозолить.

Я и мозолю, пока девушки хихикают и краснеют. Аура Обольщения работает как надо.

— Ты что, спортом решил заняться?

— Ага, — отвечаю, а сам продолжаю бежать на месте. Держу данное тренеру слово.

— А сейчас у тебя разминка, что ли? — спрашивает девушка с косой.

— Ярослав, — представляюсь новым именем. Начинаю привыкать. — Светлана, если покажешь мне, в какой стороне нужный зал, то вечером я тебе тоже кое-что покажу.

Пигалицы вновь хихикают, переглядываясь. Проходящие мимо воспитанники подозрительно смотрят на нас. А те, кто проходят слишком близко, попадают под действие ауры и засматриваются на меня. Парни с каким-то удивлением, что ли, будто первый раз видят.