Путь порядка.

Вот один гладиатор почти уже вонзает меч противнику меж лопаток, но не видит, что к нему самому со спины крадется кинжальшик. Секунда и произойдет дважды трагедия. Но она так и не произойдет, думал я подходя ближе к каменным статуям на арене. Впрочем если это статуи, то я готов отгрызть себе руку сам не используя ничего кроме зубов. Детализация зашкаливает. Складывалось ощущение, что кто-то, несомненно могущественный, остановил бой в самом его разгаре, превратив воинов в камень. Я подошел еще ближе. Вот по каменной щеке скатывается и никак не может скатиться, каменная же капля пота, а вот один из воинов, стоящий только на одном носке, застыв в таком положении в угоду неизвестному чародею.

Чем больше деталей я находил, тем громче во мне просыпалась ярость к тому кто это сотворил. Столько смертей и ради чего? Ради красивой инсталляции? Больной ублюдок. А в голове всё быстрее начали мелькать какие-то картинки.

Кровь веером бьет из разрубленной шеи врага орошая моё лицо, на котором радость от схватки и смерти моего противника… вспышка… Меч проходит в волоске от головы и я вонзаю копье в живот моему несостоявшемуся убийце… вспышка… Вокруг на ступенях сидят люди, и все кричат.

Убей! Убей! Убей! Я склоняюсь к поверженному противнику и перерезаю ему горло… вспышка… Меня выпускают против дикого здарра. Без оружия. Я ловлю его на вытянутые руки, чтобы не достал до живота своими когтями, и бью его о камень арены. Раз. Второй. А потом впиваюсь зубами в шею оглушенного зверя и жадно глотаю кровь текущую из раны… вспышка… Вспышка, вспышка, вспышка. Видения продолжают идти одно за другим, но после того, где я пью кровь, я словно проснулся. Это точно не мог быть я. А значит и остальные видения тоже лгут. Я не гладиатор дерущийся на потеху толпе. Я… кто же я? Я Деми! Пещера! Каменные воины! Вот оно что.

Я открыл глаза уже полностью будучи собой. И вновь их закрыл, действуя интуитивно, на тех почти забытых инстинктах, которые спасали моих предков тысячелетия назад от вторжения в разум. Сейчас я представлял ровное поле на котором стоял я сам, а там, где-то далеко в реальности видения продолжали атаковать меня раз за разом, желая выдавить сознание из тела.

Вокруг меня на поле вырастает крохотная комната. Дверь в этой комнате закрыта на засов с внутренней стороны, а с наружной торчат ядовитые шипы. Ментальное давление становиться чуть легче, значит я на верном пути.. Представляю что дверь выходит в коридор, ведущий в лабиринт, наполненный ловушками и тупиками.