Далекие острова. Возвращение

Они словно саранча накинулись на поверженные тела и стали короткими точными ударами добивать раненых людей и лошадей. Они били всех без разбора, и через несколько минут в низине не осталось ничего живого. Так же неожиданно, как и появилась, группа убийц втянулась в потайную дверь.

Я встретился взглядом с Моа. Интендант был бледен, как смерть, из прокушенной губы сочилась кровь. Очень скоро стрельба прекратилась, атака захлебнулась. 

         Мой френч промок насквозь от пота, по затылку за воротник текли горячие ручейки.

 - Уходим, - сказал я.

Люди медленно отползали задом прикованные взглядами к страшной картине. В низине лежали изувеченные тела, по меньшей мере, пятидесяти человек. 

 - Уходим. Быстро, - повторил я.

Отряд, молча, спустился вниз по склону. Люди затаились, сжимая в руках оружие готовые в любой момент пустить его в ход.

Я был потрясен. Только теперь я осознал в полной мере, во что может превратиться цивилизованный человек, если решит остаться на Диком острове навсегда.

На войне я видел много несправедливости и жестокости, но никогда прежде мне не приходилось сталкиваться с такой кровожадностью. Ужас, который я испытывал перед дикарями, трудно было описать. Если подростки почти дети способны на такое, то чего же следует ожидать от взрослых. 

Бой закончился, и нам опять предстояло ждать и надеяться на то, что отряд Пуи когда-нибудь подойдет. Все были напряжены до предела, теперь ни у кого из нас не возникало мысли заснуть или хотя бы снять сапоги.

Остаток дня и ночь прошли спокойно. На крепость больше не нападали, вестей от Пуи не было.

 - С ними могло что-нибудь случиться по дороге? – спросил интендант, когда все офицеры собрались ужинать. Мы расположились под большим старым дубом. Это место я назначил временным штабом и даже выставил часового. Мы ели консервы и допивали коньяк. Сухой паек заканчивался и, если завтра Пуи не появится, я не знал, что мы будем делать дальше.

 - Думаю, что они задержались на речной базе.

 

Никто не хотел обсуждать подробности сегодняшнего дня и ужасную расправу над ранеными, свидетелями которой мы стали. Офицеры поели и разбрелись по своим делам. 

Утром меня разбудил часовой.

 - Господин, супер-лейтенант, - сказал он и потряс меня за плечо, я никак не хотел просыпаться, - вестовые от капитана Пуи.

Я открыл глаза и сел. Рядом с часовым застыли два моринера. 

 - Сейчас, - сказал я, протер глаза и надел фуражку.