Далекие острова. Возвращение

Несмотря на пережитый страх, на общую усталость и мокрую одежду люди радовались. Пока все живы, берег близко, а с остальным командиры как-нибудь разберутся. 

 - Господа, - сказал я, когда подошли остальные офицеры, - часть заговорщиков сбежала из крепости. Сейчас они предположительно двигаются в сторону океана. Наша задача догнать их и уничтожить.

Офицеры угрюмо молчали и смотрели на меня. Почти все кутались в плащ-палатки, только Хот остался во френче. Во время своей прогулки он так вымок, что теперь ему было все равно.

 - А кого же я видел? – удивленно спросил он.

 - Их и видели, - ответил я, - времени нет. Уходим прямо сейчас.

 - Мы не будем ждать Муки? – спросил доктор, убирая револьвер в кобуру.

 - Или он сбежал, или предал нас, - ответил я, - в любом случае отсюда надо уходить и чем быстрее, тем лучше.

          Вещей у нас было немного, поэтому долго собираться не пришлось. Отряд вышел через пять минут. Меня тревожило исчезновение Муки и егерей.

Просто так ночью люди не пропадают. Если лейтенант решил купить расположение дикарей, выдав нас, то над группой нависла серьезная опасность. 

          Было очень влажно и тепло. Вода падала с неба, с деревьев, с остро пахнущих незнакомых цветов, выливалась из приоткрытых бутонов. Крупные капли стучали по листьям лопухов и, казалось, что под землей грохочут маленькие барабаны. На мокрую одежду уже никто не обращал внимания. Я стер правую ногу в кровь и отчаянно хромал, утешая себя тем, что мы с вардами движемся в одном направлении.

Надеюсь, гоняться за ними по лесу не придется. Следы были хорошо видны на раскисшей земле. Наши враги очень торопились и даже не думали скрываться.

           Отряд спустился с холма и двинулся вдоль леса. Офицеры шли молча, тревожно оглядываясь по сторонам. Никто ничего мне не говорил, но я видел по глазам, что они не хотят воевать. Если бы я предложил закончить преследование и отправиться прямо на берег никто бы не стал возражать.

Но потом пройдет время и за стаканом горячего вина в кают-компании начнутся разговоры о том, что мы были в двух шагах от заговорщиков и могли выполнить задание. Они забудут о своей сегодняшней усталости и страхах, и начнут сожалеть о минутной слабости. Им станет стыдно. И тогда они поспешат оправдать себя и найдут виноватого. Думаю, не стоит объяснять, кто это будет. Я больше не хотел становиться «селедкой отпущения».