Далекие острова. Возвращение

То ли преследователи не смогли перейти реку, то ли догонять нас было некому, но больше дикарей мы не видели. От форта остались жалкие развалины, но мы не стали задерживаться, чтобы их осмотреть.

Хал перестраховался и увел корабль от берега, так что нам еще пришлось ждать около получаса пока не пришли лодки. Потом Сол говорил, что это были самые скверные полчаса в его жизни.

Когда за нами прибыла абордажная команда, лейтенант Ван чуть не потерял дар речи.

 - Господа, - говорил он, - Вы что, господа? Это же варды с оружием.

 - Грузитесь в лодки, - скомандовал я, не слушая помощника капитана.

Он заступил мне дорогу.

 - Я не позволю! Вы забываетесь!

У меня сильно болела голова, мутило, поэтому совершенно не было сил препираться с глупым мальчишкой, но меня выручил Тар. Он вплотную подошел к Вану и уперся в него тяжелым взглядом.

 - В чем дело, господин лейтенант? Между нашими государствами подписан мирный договор. Теперь мы союзники и должны помогать друг другу.

Ван вскинулся. 

 - Я не…

Но Тар не собирался терять инициативу.

 - Я как офицер контрразведки попрошу Вас подробно в письменной форме изложить свои возражения. Если Вы что-то имеете против мирного договора, если Вы не согласны и хотите в одиночку продолжать войну адмиралтейство и контрразведка должны об этом знать. 

Ван не нашелся, что ответить.

 - В самом деле, лейтенант, - примирительным тоном сказал Сол, - у нас раненные.

Глава 22

Наше возвращение произвело фурор. Все моряки свободные от вахты вышли на палубу поглазеть на вардовских гвардейцев. Такого на флоте Содружества еще не бывало, чтобы отряд десантников привел не пленных, а почти целый вражеский взвод с оружием. Не скажу, что капитан Хал сильно этому обрадовался, тем более, что на его судне гостил супер-капитан Орс со своими офицерами. Тревожно оглядываясь на них, Хал предложил мне отправиться в каюту и не покидать ее до особого распоряжения.

 - С Вашими пленными я сам разберусь, - проворчал он.

 - Это не пленные, а союзники, - сказал я.

 - Идите в каюту, - с напором повторил Хал, - пожалуйста.

Признаться, я ничего не имел против. После похода болело все тело, а голова разваливалась на части. Я принял душ и переоделся в сухую одежду, сапоги надевать не стал, потому что сбитые в кровь ноги сильно болели.