Хроники Карамыса: Тайна клана Винов

Прежде, чем сделать шаг, Кан осматривает местность: он ступает из тёмных пространств в ещё более тёмные, чтобы его фигура, закутанная в темную мантию, вовсе не была видна.

Спальня старейшей четы Винов находилась на втором этаже. Бабушка Азгур перебралась в другую комнату, чтобы не мешать мужскую. Один Бог знает, как ей спалось в одиночку. Кан внимательно прислушивается к звукам на этаже и во всём доме. Тишина. Фух.

Он делает шаг и оказывается рядом с комнатой Батаса. Но стоит ему протянуть руку к ручке двери, как раздаётся непонятный щелчок, и его руку обжигает болью.

Кан отпрыгивает от двери, придерживая ушибленные пальцы. Он разворачивается направо, чтобы увидеть дядя Гару, самодовольно ухмыляющегося.

– Что ты… - шипит Кан, но тут же останавливается, как только видит, как Гару прикладывает палец к губам.

Он подходит к двери и сам открывает её. Кан в непонятках поглядывает на своего дядю. Тот уверенно заходит внутрь и жестом велит Кану войти. Тот подчиняется.

Стоит парню сделать шаг, как его тут же окутывает запахом лечебных трав.

Удобная и уютная комната – в стиле его бабушки Азгур – встречает лишь одним огоньком, горящим на столе. На столе, кровати, стуле, деревянных полках – лежат вышитые бабушкой ткани, на стене висят золотые колчаны, лук и стрелы. Возле окна стоит кровать, на которой лежит спящий тар Батас. Кан приблизился к деду. В уголках глаза Батаса он заметил черные слезы, которые ещё не высохли.

– Риза дал ему сильное снотворное. – говорит Гару, который встал позади Кана.

– Но от утренней боли его это не убережет. Он не знает, что это за болезнь.

Кан пристально вглядывается в лицо Батаса. С тех пор, как он ушёл из дома, Батас сильно постарел. Дедушка, который спокойно поднимал его в детстве и таскал на плечах, теперь настолько слаб, что не способен открыть глаза.

Кан поднимает голову и встречается глазами с Гару. Дядя и племянник долго смотрят друг на друга.

– Да, всегда считал, что ты похож на нашего тара. Но характером ты вылитый отец. Ушар всегда был непокорным.

Кан незаметно выдохнул.

– Ты считаешь, что я наложил проклятье?

Гару усмехнулся.

– Малой ты ещё. Такое сильное проклятье… ему лет сто, даже больше. Ты тут не при чем.

– Почему тогда мы здесь? – не успокоился Кан.

Гару смял пальцы и обошёл кровать деда. Теперь они стоят друг напротив друга.

– Ты единственный магик в нашей семье. Не подумай, я не одобряю то, что ты делаешь. Но и мешать тебе не буду.

Кан склонил голову, по-прежнему не доверяя дяде.