Вторжение в Ирион

Архет отрубил одному из наседающих вурдалаков голову, но со спины уже атаковал следующий, ударив чем-то по голове и располосовав огромными когтями всю спину. Капитан взвыл от боли и упал. Однако врага добила магия; Балодан подоспел вовремя. Он схватил раненного разведчика и потащил куда-то. Но тот уже потерял сознание и ничего не видел.

Люди отступали к крепости Омагон, стараясь хоть как-то удерживать порядок и не стать лёгкой добычей. Примерно половина войска, оборонявшего Бордонар, погибла либо поневоле примкнула к полчищу врага.

Отход прикрывали уцелевшие рыцари и паладины. Где-то ещё крутился в бешеном вихре берсерк, кромсая нежить направо и налево. После его ударов вурдалаки и мертвецы больше не поднимались. Магия паладинов, задействованная в создании берсерков, играла здесь решающую роль в усмирении проклятых.

Готгард и Джарстольф разделились и командовали отступлением. Маг вымотался, но всё ещё вызывал на помощь водных элементалей. Другие маги и целители, ещё не попавшие в когти врага, жертвуя собой, спасали всех, кого могли.

Король, по настоянию охраны ускакавший вперёд, с болью в сердце наблюдал, как, отчаянно отбиваясь, погибает его войско. До спасительного рассвета оставалось недолго, но людям, видимо, не суждено до него не дожить.

И вдруг в чёрных небесах показался огонёк. Он взметнулся вверх с юго-запада и стремительно приближался. Затем последовала яркая вспышка, озарившая поле битвы, на котором, словно кровавое злое море расползлась нежить, с ужасающими воплями, хрипением и бульканьем добивающая отступающих воинов Тадалона.

Через несколько мгновений на левом фланге, если его ещё можно было так назвать, послышались разрывы картечи, и нежить, поражённая таким развитием событий и понёсшая заметные потери, отхлынула немного назад.

- Гномы! - радостно воскликнул кто-то из охраны короля. - Ваше величество, гномы!

И действительно, из тьмы вскоре показалась пехота горного народа, вооружённая копьями и мушкетами. Она тут же двинулась в бой чётким порядком и стала теснить не готовую к такому повороту событий нежить.

Стрелки дружно палили дробью, буквально разрывающей на куски вурдалаков, старавшихся приблизиться и впиться гномам в глотки. Но путь им преграждали ряды отлично бронированных копейщиков, непреступных, словно скала. Даже подоспевшие на правый фланг отвратительные мясники хоть и пробивали строй гномов, но те, насадив монстров на копья и пригвоздив к земле прорвавшихся в брешь вурдалаков да скелетов, спешно восстанавливали его.