Небеса Умоются Кровью 1. Пробуждение Силы, Том I

— А вы знаете толк в экзотическом оружии, — моментально рисуется передо мной нос с горбинкой, а уже потом сухое лицо торгаша.

Словно крюком, небрежно, поддевает их тростью и протягивает мне. Примеряюсь, сидят отлично, будто и вправду на мою руку делали.

— Это любимое оружие редких восточных сект, удивлён, что в центральном регионе нашёлся любитель, — роняет он, моментально переключаясь на следующего.

Пока я прислушиваюсь к оружию, выполненному из необычного блестящего голубым металла, по бокам примечаю мордоворотов.

— Сколько? — повторяю недавний вопрос, ожидая лучшего исхода.

Крючконосый торгаш смотрит на меня пару мгновений.

И оглашает цену.

Слова звучат, как ещё один приговор. Я, словно нищий, смотрю сейчас через окно на пир у знати. Могу прикоснуться и даже пощупать, но забрать не в силах.

— Если не берём, возвращаем, — замечает он заминку. — На такую диковинку всегда найдётся покупатель.

Покидаю торговое буйство. Как муравей, сбившийся с натоптанной тропинки, смотрю со стороны на снующих собратьев.

И куда мне теперь?

Пытаю удачи у местных алхимиков, но проку от них немного. Здесь травят всё те же байки про покупку за горсть орионов. Некоторые после осмотра говорят, что ядро повреждено. Лишь один предлагает его купить за приличную цену по сравнении с другими, но денег для входа мне всё равно не хватит.

Живот отвечает сдавленным зовом, облегчив моё дальнейшее решение.

Оставлю пока себе.

Улавливаю витающий вокруг приятный аромат жареного мяса. Слюна наполняет рот нескончаемым потоком, сглатываю, не в силах сдержать инстинкты. «После хорошей еды и думается легче», — всегда говорил мой отец. Мысленно соглашаюсь.

У палаток, где говядина шкворчит на жаровне, замечаю знакомого старичка из каравана. Пяток разодетых, как пёстрые куры, богатеньких деток лет по двадцать, болтая, толкают малую девчушку, несущую глиняную тарелку с горстью риса и сальным обрезком.

Ямато ловко ловит угощенья, а ногой невзначай задевает длинный подол золотистого костюма нахала. Резкий звук рвущейся ткани заставляет шутника замереть и налиться дурной кровью.

— Старый ублюдок! — обернувшись, орёт он, но тут же замирает.

Его дружки следуют за ним взглядом, после чего их хохот смолкает.

— Раз большие такие вымахали, под ноги смотреть не забывайте, почтенные, — чуть наклоняет голову мой знакомый.