Электрошарм. Зависть

– Ты слаб, ты невероятно слаб, Солт. Настолько, что дорогой тебе человек чуть не лишился жизни. Попытки играть в лидера – лишь самозабвенный способ затмить свою беспомощность.

– …

– Девочки безответственно свалили на тебя обязанности. Год же просто слишком глупый и впечатлительный, чтоб заметить неладное.

– Брут, ты чего? – я не мог поверить в пламя, охватившее этого рассудительного парня.

Перемена казалось слишком резкой и неестественной, тем не менее, поток мыслей с непринужденной легкостью покидал его уста.

– Хочешь стать лучше? Лишь делаешь вид, что пытаешься изменится. На деле же осознаешь тщетность своих попыток. Посредственность всегда остается посредственностью, не важно сколько сил приложит. Из собственной шкурки не вылезти.

– Замолчи.

– Тебе не обмануть судьбу и не стать другим человеком. Я встретил достаточно много подобных людей. При самых удачных раскладах ты осознаешь свою никчемность и сможешь ее принять. Тогда проживешь умеренную, спокойную жизнь без особых поводов для горести или счастья, – из рта Брута чуть-ли не брызги летела.

– Нет, серьезно. Лучше прекрати.

Руки чесались в прямом смысле слова, будто армия насекомых стремилась вырваться из под кожи.

– Никогда тебе не прыгнуть выше головы, Солт.

А дальше меня просто вырубило. Тело продолжало функционировать и даже двигалось в порыве ярости, однако наблюдать за этим было условно некому.

Когда я вновь себя осознал, то увидел ручеек крови, медлительно вытекающий из носа Брута, и сдержанную улыбку, подходящую ему куда больше провокативной.

– Злился бы ты, будь  это неправдой? – сказал он, вытирая рукавом следы.

– Я…

Я не знал, что и сказать. Его слова казались настолько точными и неопровержимыми, что оставалось только молча таращиться в землю.

Можно было решить, что Брут пытался меня спровоцировать, но не с таким же праведным гневом на лице. В его словах явно была искра искренности.

Брут заставил меня усомниться не только в стремлении помочь ему с Арией, но и вообще в целесообразности действий в команде.

Действительно слаб. Я думал, что дело в хреновом классе. Оказалось, что во мне. Плохому танцору туфли мешают.

В который раз вспомнилось пыхтящее личико Би. Пусть она танк, а я лучник, но это все равно неприемлемо. Если не напрямую, то окольными путями я обязан был ее защитить.

Вместо этого просто стоял и откидывался стрелами, не утруждаясь сделать что-то более весомое. Даже если я недостаточно силен, то мог попробовать уговорить Арию.