Архей. Караванщики Анвила II

Черный камень, что прятался под одеждой, завибрировал. Некротическая энергия, содержащаяся в нем и оживлявшая трупы на пути Караванщиков, высвободилась, покрыв Джубала защитным коконом.

Огненный луч волшебника, наконец, обрушился на темного мага. Чернорясник защитился свободной рукой, которая поддерживала заклинание «магический щит». Культист не оставлял попыток вытянуть из паренька жизненные силы и с легкостью парировал заклинание Брюзгливого.

Оценив обстановку, лорд Пифарей собрал последние силы и два огненных столпа обожгли светящийся монолит.

Темный маг вздрогнул. Оставив в покое ошарашенного и дезориентированного Джубала, он направил взор на Эразма, но тут же вынужденно шарахнулся в сторону. Брюзгливый сумел развеять чары, наложенные на Ослябю, и паломник попытался достать врага колющим выпадом. Острие царапнуло одежду, и последовал следующий взмах. Снова реакция спасла чернорясника, но в этот раз он запнулся о распластавшегося Варвара и потерял равновесие. Культист свалился, и паломник точным ударом пронзил его череп. Меч звякнул о каменный пол.

Монолит краснел. По всей его поверхности расползались трещины, из которых вырывался огонь. Вдруг сине-зеленое свечение прекратилось, и яркая вспышка ослепила оставшихся на ногах. Камень схлопнулся и тьма поглотила помещение.

Раздался звук шарканья кресала по кремнию. Вылетевшая искорка мгновенно воспламенила пропитанную маслом паклю. Густой черный дым взвился к потолку и огонек развеял тьму. Ослябя осмотрелся, поводя факелом по сторонам.

Волшебник лежал в дальнем конце комнаты, уткнувшись носом в пол. Паломник спешно подбежал к учителю, мимоходом бросив взгляд на Шахриет. Девушка сидела, прижавшись спиной к холодной стене. Она отстраненно фокусировалась на почерневших осколках монолита, сваленных в кучку.

– Дедушка… – парень аккуратно приподнял лорда и повернул его к себе.

Маг прохрипел что-то бессвязное и попытался подняться. При помощи ученика он встал на ноги, но они тут же подкосились, если бы Ослябя не поддерживал Брюзгливого за поясницу, то тот непременно бы свалился.

– Милорд, у вас кровь.

Вязкая струйка сочилась из ссадины на лбу. Эразм смазал ее ладонью и повернул голову к паломнику.

– Зарастет.

– Мы победили! – радостно продолжал паломник. – Я ж стою как истукан, а сам все молюсь. Я ж никогда так… ну, чтоб прям ни рука, ни нога не двигается. Так вот, значится, смотрю, что этот душегубец, ежели ничего не сделать, всех перебьет.