Архей. Караванщики Анвила II

– Тут я решаю, кто и что желает! А ну веди сюда мою дочь, не то получишь плетьми!

Уолес раздраженно отхлебнул вина из серебряного кубка.

– Милорд, вы чем-то опечалены? – интересовался Сезар, сидевший по правую руку от господина.

– Думаю, что мне потребуется новый маршал. Я доверяю вашему дяде, – медленно продолжал Уолес, заглянув в глаза собеседнику. – Могу ли я доверять еще и вам?

Волнительная дрожь пробежала по телу молодого барона. Он с трудом сдержал чувство ликования.

– К-к-конечно, милорд. Дом де Тоси к вашим услугам!

– Мне не нужны услуги, барон.

Мне нужна преданность и верное служение.

– Клянусь! – Сезар поднялся. Все головы тут же повернулись в его сторону. Разговоры прекратились. Уолес поднял руку.

– Славные рыцари, скоро мы погуляем на свадьбе барона Ветэро. Потому отдыхайте, но чувствуйте меру. Выдвигаемся утром, – лорд попрощался и поманив за собой барона де Тоси, направился в отведенные покои.

Лорд Ноа застал дочь у казарм стражи. Она, одетая в мужской дорожный костюм, упражнялась в стрельбе из лука.

Голова соломенной мишени оказалась истыкана стрелами, словно ежик. Ее светлые густые волосы, заплетенные в косу, прятались под капюшоном, который, в свою очередь, оттенял лицо. Проходящие вряд ли бы смогли отличить девушку от юноши, но только не отец.

– Где же я так ошибся, что моей дочери стрельба интереснее шелкового платья? – усмехался Ноа.

– Когда решил поучить меня фехтованию, – девушка натянула тетиву и выпустила очередную стрелу.

– Хм, возможно. Но в детстве ты казалась вихрем, ничто не могло тебя удержать, – лорд смотрел, как Эва уверенно достает из колчана на поясе стрелу за стрелой.

– Да, сейчас мало что изменилось.

– Хочешь позвать меня на пирушку? – она, наконец, остановилась и повесила лук за спину.

– Нет. Утром я дам тебе десяток всадников, и ты отправишься в Вильдере, к матери.

– Что-то случилось? – девушка откинула капюшон. Лорд Ноа улыбнулся. Эва имела высокие скулы и заостренный подбородок, такие как у него, только женственные и более мягкие.

Его всегда умиляло это сходство. Тонкий, слегка вздернутый нос предавал ее лицу игривое выражение, а янтарные материнские глаза завораживали сильнее любого колдовства. Он при любой возможности старался любоваться дочерью. Она – его единственный ребенок, самое дорогое существо во всем Архее.

– Случилось, – улыбка тут же слетела с губ лорда де Брезе. – Безумие лорда Уолеса усугубляется. Он наотрез отказывается мыслить здраво.

– Но он ведь всегда тебе доверял.