Темный Патриарх Светлого Рода 4

Как-то пережил, значит? Хотя душа вроде в порядке, а болит… тело? Странно. И зрение никак не сфокусируется. Вижу… размытое зеленоватое свечение — зачем?

Попытался пошевелиться и осознал, что привязан к стулу. Ощущения становились всё более чёткими. Я увидел перед собой трёх человек лет тридцати. Один блондин в дорогом костюме и ещё двое громил в чёрных и с наушниками. Никого из них я не знал.

— Проснулся, значит, Драконов? Я уж боялся, что мои молодцы слишком сильно тебя приложили, — усмехнулся блондин. Чего?

— Вы кто такие? — пробормотал я, ощущая сухость в рту.

— О-о-о, значит всё же сильно, — присвистнул он. — Ну ничего, от тебя всего-то требуется подпись и магическая печать.

— Так… — пробормотал я, попытавшись направить энергию на исцеление тела… не вышло! Дёрнул путы, но сил разорвать обычные верёвки не хватило.

— Э-э-э, нет, сиди смирно, дружок, — фыркнул он, а мне в живот врезали кулаком. Я согнулся пополам и закашлялся, пытаясь вдохнуть. Кислорода не хватало! Я… в человеческом теле. И не чувствую связи с Эоном — не апостол! А моя душа? Вроде такая же, но как будто погасшая.

Благо первородная сила ещё со мной, просто я невероятно ослаб. Никаких печатей, я… просто слабак сейчас! Ни энергии, ни силы!

— Принеси мотиватор, — сказал блондин громиле, пока я пребывал в полном шоке. Это как так? Привязали мою душу к какому-то человеку — ослабили? Хранители наказали или… просто переродился вот так? А в комнату занесли черноволосую девочку лет шестнадцати, связанную по рукам и ногам поверх домашних штанов и майки.

— Глаза, нос или уши. Как думаешь, что для девушки важнее?

— Чего ты хочешь? — ошарашенно пробормотал я. Он всерьёз хочет пытать ребёнка у меня на глазах?

— Созрел, значит. Поздновато, но я сегодня добрый, — мерзко усмехнулся блондин, показывая мне договор дарственной на имя некоего Геннадия Драконова от… Ивана Драконова. Передача какого-то поместья, счетов и артефактов, полученных в наследство. Блондин тем временем вновь обратился к своему человеку. — Отнеси её в соседнюю комнату, такую девушку нельзя оставлять без внимания.

Посмотри, может у них есть кружевное белье. Люблю его рвать, пока они кричат.

Пока я соображал, визжащую заплаканную девушку с кляпом во рту унесли.

— Одна попытка, племянник. У тебя… — я не стал дальше слушать. Тончайший импульс пустоты, безмерно слабый, уничтожил путы на руках и ногах, и я врезал стоящему охраннику в челюсть. Жалко и слабо — обычный уровень несколько тренированного человека.