Мародёр

Отвращения я не испытывал, когда каждую ночь рядом с тобой умирает кто-то, к покойникам привыкаешь быстро. Но тревожить мертвецов не хотелось.

Коридор закончился быстро. Завал из камней перекрыл выход. Я попробовал было оттащить ближайший камень, но не смог даже сдвинуть его. Что-то затрещало, там откуда я только что уполз и плита, что спасла мне жизнь, рухнула, погребя под собой мертвеца, чей мозг до сих пор на моих пальцах.

Переборов отвращение подполз к парню со свернутой головой, вытер мокрую о кровь ладонь, о его одежду.

Насухо обтер пальцы и задел руку.

Суть сил Света Порядок использование иных ипостасей Сути запрещено. Рабский ошейник.

Иных ипостасей? Иных? Я шлепнулся рядом с мертвецом. Каких еще иных ипостасей? У меня и Порядок не полный, только сила. Грубая физическая сила. Нет у меня никаких иных ипостасей. Или все же есть?

Я подполз к следующему мертвецу, дотронулся до него, но в этот раз Порядок промолчал. Тогда я взял за руку третьего и снова тишина. Вернулся к первому.

Суть сил Света Порядок использование иных ипостасей Сути запрещено. Рабский ошейник.

Что за ерунда? Почему на этого покойника порядок реагирует, а других игнорирует? И что вообще это значит? Неужели… Неужели Суть Смерти все-таки сидит во мне, и мне не привиделась седая богиня.

Шахту тряхнуло. Каменная плита, казавшаяся монолитной, заскрипела и отползла в сторону, открывая узкий темный проход в боковое ответвление. Я узнал его по глубоким, словно оставленными зубами огромного чудища, царапинам на балке.

Теперь я хотя бы знаю где я. Если пройти по нему шагов триста, можно добраться до выработки уходящей вниз, а там еще шагов через двести и до узкого прохода выходящего наверх и вентилирующего шахту. Лаз узкий, но и я человек не толстый, пролезу как-нибудь.

Я подобрал камень огня, отряхнул его от пыли, поднял над головой так, чтобы он мог осветить вскрывшийся проход. Камень мигнул и погас. Но того мгновения, что он еще светил, мне хватило, чтобы понять, что я пролезу.

Откладывать я не стал.

Мертвые. Как много мертвых. Каждый день сюда, вглубь шахты спускаются сотни рабов, чтобы добыть немного Соли. Каждый день они выходят наверх и лишь иногда, крайне редко кто-то остается здесь навсегда. Сегодня же смерть собрала большой урожай. Пока я протискивался между завалом из камней и стеной я насчитал с десяток покойников. Выбравшись же в проход, еще пятерку.

Дышать здесь было легче, воздух был горяч, но свеж.