Потусторонний. Книга 2

Оторвитесь!

Мы отошли, и Андрей тут же зашептал:

— Ты чего, Илья? Зачем ты так возмутительно обрушился на Павла Валерьевича?! Про утраты его упомянул, дерзил непомерно!

— Один раз встретил я человека, что сказал мне важную вещь, которую я запомнил, — мы шли под светом фонарей в сторону крытого клуба. В небо устремилось несколько ярких петард, рассыпавшись горохом по небу. Красота какая. Я застыл, наблюдая, но речь продолжил:

— Он тоже всё потерял. Вообще ничего не осталось. Ни дома, ни семьи. Бродяга. И вот он каждый день приходил в центр города, грязный, рваный.

Он бродил по главной улице и кричал, и ругался, и хамил. Задирал прохожих, оскорблял их. От него шарахались как от чумного. Он же только распалялся, всё сильнее и сильнее. Громче и громче. Он терял себя. Пока не нашёлся прохожий, который просто дал ему по лицу.

Андрей терпеливо ждал продолжения. Над головой снова бахнул разрыв красно-зелёно-синего салюта.

— Так вот. Только тот удар и привёл его в чувство. Потому что всё то время, как он сказал мне, ему просто хотелось, чтобы кто-то его остановил.

Чтобы не глаза отводил, не уходил с дороги, а взял за грудки и тряханул хорошенько. В этом желании он срывался в крутое пике, дна которому бы не было. А когда получил, наконец, по морде, то очухался. И стал вполне себе успешным человеком.

«Демоном», — поправил я сам себя. Потому что это была история одного из бойцов моей дружины. В далёком будущем. Ёжкина кошка, скучаю. Ух как бы мы сейчас развлеклись в таком вот местечке...

— Тебе семнадцать лет, Илья, откуда ты ведаешь о таких людях? — удивился Обухов.

— Ой, ну прекрати, — отмахнулся я и вновь уставился на здание откуда звучала музыка. —Мы действительно туда пойдём? В шум гам? Вряд ли там будут решаться важные вопросы. Где само собрание?

— Илья, ну право же, — изумился Андрей. — Это торжественная часть. Официальная была вчера. Сегодня бал. Завтра представители родов будут голосовать по подготовленному списку. И сюда прибыло множество благородных людей из соседних уездов.

Есть люди даже из самого Петербурга!

Ну да, парочку и я знаю.

— Что значит: официальная часть была вчера? Ты же говорил, что такие встречи пропускать нельзя, — нахмурился я, изображая негодование. — Что повлиять на что-то можно. На что я теперь смогу повлиять?! Я ведь даже не знаю ничего. Где моё официальное приглашение?

— Исполнилось ли тебе восемнадцать лет? — невинно уточнил княжич. — Возраст принятия решений.

— Уел, — признался я. Да, раскатал ты губу, Илюша.