Герой придуманных хроник

Сейчас на них висели только ошмётки cухой кожи, даже крови вокруг не было, растения всё выпили.

Бедные стражники, им тут убирать ещё всё...

– Ребята, а что вы здесь делаете? – Мелкое недоразумение, перемазанное в кровище и пыли, добежало до нас улыбаясь во весь рот.

– Сидим.

– А знаете что-о-о-о? Мне два зуба выбили! Вот! – Релли оттянула губу. – Меня камень в лицо стукнул, когда бабахнуло! Я сразу же залечила, но зубы новые отрастить не смогла! Но тётя Войтен сказала, что у меня новые потом сами вырастут, а эти и так бы выпали, а ещё.

..

– Стой, можешь помочь, пожалуйста? В меня тоже попали. – я непроизвольно улыбнулся, всё таки дети везде одинаковые и смотря на эту лыбящуюся мордаху сохранять серьёзность просто невозможно.

– Где?

Я показал на плечо.

Девочка подошла и сразу же сунула свои пальцы в рану. Проковырявшись секунд десять, за которые я успел проклясть свою неосмотрительность, девочка вытащила наконечник и приложила другую ладошку. А сама принялась разглядывать свою находку.

– Ух ты-ы-ы. Большой! А кто это попал?

Рана начала быстро затягиваться, а неприятная боль уходить, так что я выдохнул.

– Вот этот вот. – Я поелозил на трупе заставив его шататься.

– Поня-я-я-ятно. – девочка повернулась к Войтен показав ей окровавленную ладошку, на которой лежал наконечник с куском древка. - Я правильно всё сделала?

– Да, умница. – Женщина тепло улыбнулась и повернулась к нам. – Ну, братцы, что думаете?

– Не успели мы ещё подумать. Но странно это всё, как их всех проглядели.

– Я кивнул в сторону кучи тел, которую начали собирать стражники. Конкретно в эту сторону тащили только тех, на чьей одежде были символы академии.

– И куда стража смотрела, когда остальные наверх лезли. - Ворташ указал на остатки статуи и стену за ними. - С той стороны же обрыв.

Войтен, лукаво улыбнувшись, подошла к нему вплотную. А я приготовился, невзначай покручивая новую целую стрелу между пальцами.

- Ну видимо туда же куда и вы оба утром. – С этими словами её глаза вспыхнули лиловым и она влепила ему крепкую затрещину.

А я, с другой стороны вогнал Ворташу стрелу в ладонь, пробив её на сквозь.

При любых других обстоятельствах он бы увернулся. И от подзатыльника и от стрелы. Но не при Войтен.

– А-а-а-а! Сука! – От неожиданности Ворташ подпрыгнул и затряс рукой.

– Чё орёшь, как баба базарная? Это ж царапина!

– Больно, мля!

– Молодые люди! С нами дети!

– Простите, госпожа. – кивок у нас получился на удивление синхронным.