Адепт куба. Том 1. Аномалия кубического масштаба

Эльфы пусть и слушались, но черной работой явно заниматься не будут. Не для этого они здесь, да и горды слишком, руки марать, да ножки мочить. Тем более городские, нравы и порядки у них другие. Винтики съехавшие.

Минут через пятнадцать после подъема все собрались у церкви. Батюшка стоял у входа, в привычном наряде священника. Утреннее солнце точно падало на его лицо, отчего оно казалось бледнее обычного.

— Доброе утро, Старейшина. Долго вы сегодня - протяжно, чуть ли не завывающе, сказал батюшка, с лёгким поклоном поприветствовав меня.

Вздохнув, вышел вперёд, к люду мрачному. Настроение по понятным причинам было пасмурным. Дождей уж неделю не было, а воды с гулькин нос, если не поторопиться, то все посевы увянут, а значит и пересидку не пережить и к зиме не заготовить запасов.Дождался, когда все посмотрят на меня, поздороваются и только тогда, начал говорить.— Доброе утро всем. Времена настали у нас тяжёлые. В прошлом году потеряли двадцати людей из-за недостатка провианта, ещё с десяток ушли в город.

Честно говоря, наших сил едва ли хватит от Топителей избавиться. Вечером мы проведем голосование, кто пойдет. А утро и день занимаемся спасением урожая! Кроме тех, кто за скотиной смотрит. Это все распоряжения на сегодня! - продолжил с тяжестью и бременем ответственности.

Мы ведь не просто деревня, скорее как одна большая семья. Женщины, дети, мужчины, все из них потомки моих почивших друзей. Один я остался, присматривать за ними.Но и моей жизни есть срок, рано или поздно им придется выживать самим.

— Может и нам пора в город? - спросил Сахрат, тридцати двух годов, рослый малый, рукастый, но больно крикливый, особенно в последнее время. — Сгинем ведь так, в желудках монстров или голодной смертью - добавил, мрачно. Его слова отражали мнение всех, все смотрели на меня с ожиданием.

— Ваши деды кровью и потом строили это место. Бежали от зверья похуже местного, а вы к ним вернуться хотите? Идите, если того хотите. Я останусь, сросся я с этой деревней, с каждым домой, с каждым из вас.

Брал на руки новорожденным и смотрел как вы взрослеете, заводите семьи и вот уж ваших детей я нес к батюшке - прозвучи мои слова в городе, другие посчитали бы это детской манипуляцией. Но тут народ простой, знали они меня как своих родителей и почитали также, поэтому мои слова имели вес.

Гробовое молчание. Сахрат ни слова вымолвить не может, да и не хочет видимо. Вон глаза на мокром месте, стыдно ему.