Кодекс Охотника. Книга XIX

Но в случае чего, его внук может пожить с ним с самого рождения. Он поможет с его воспитанием, защитой, обучением, и... еще пунктов двадцать. И таким умоляющим взглядом посмотрел на меня. Вот что значит, сильно хотеть внуков, а тебе их не дают.

— У меня к тебе другое задание. Я хочу, чтобы ты создала специальный фонд, в который нужно каждый месяц отчислять процент от наших доходов. Этот фонд будет принадлежать Антону, и воспользоваться им сможет он только тогда, когда ему стукнет восемнадцать лет.

Анна задумалась.

— Лучше двадцать один, — решила внести свою поправку. — В восемнадцать он может быть еще совсем неопытным. Сперва образование нужно получить.

— Согласен, нужно прописать все нюансы. Но ты и сама всё прекрасно понимаешь, не мне тебя учить.

— Понимаю, — серьезно кивнула она. — Я подключу к этому вопросу бабушку. Она сегодня как раз приедет. Деньги должны работать и приумножаться, поэтому я пожалуй проведу это через траст, привлеку еще капитал...

Твою бабушку... Я дальше не слушал. Вот это будет представление, когда Сара Абрамовна прибудет.

Хотя, с другой стороны... Может она будет первым человеком, который закинет звонкую монету в фонд правнука?

Посидел ещё немного за столом с моими женами, до тех пор, пока им не нужно было идти по делам. Катя уехала в город, Аня пошла на беговую дорожку, а я отправился искать Ратника.

— Обманш-ш-ш-шик! — фыркнул Шнырька, который тоже его искал.

— Ну, ладно... Да и вообще, какая разница? Кто тебе отдал приказ и свою порцию мороженки?

— Фффффше!!! Хе-хе-хе.

.. — зловеще засмеялся мелкий.

Ему сегодня, и правда, повезло. Все три порции были переданы в дар, а он взял, наглец такой, и не отказался.

Хотя... Шнырька молодец! У него теперь новая задача. Он сейчас еще и за ребенком присматривает. Но это всё временно, я надеюсь. Есть у меня тут вариант, о котором я раньше даже не задумывался, что когда-то пойду на такое. Правда, кто же знал, что у Охотника может быть ребенок? Никто... Даже я сам.

Сегодня постараюсь всё это продумать и сделать.

Если у меня получится, то я организую безопасность своего сына надолго. А с моим образом жизни я за это очень переживаю. Ведь у Охотников много врагов, и сын — самое слабое место, в которое можно всегда больно ударить. Правда, если такое случится, то боюсь, что этот Мир будет обречен, вместе с моими врагами. Я тогда дойду до самой глубокой впадины своей Души и найду там все свои силы... А ещё схроны на все дни, о которых я никогда старался не думать...