Отбросы

Брошенная эльфийкой голова одного из монстров со всё еще надетой маской покатилась по траве, остановившись у моих ног. Ну точно шаман или вождь был при жизни. Улыбка сама тронула мои губы – теперь можно доложить деревенским, что угроз в их лесу сильно поубавилось. За несколько дней, что мы ходили туда-сюда, популяция лесных обитателей сократилось примерно на сотню. Конечно, не совсем и не только благодаря нам, но это уже детали. К тому же, что-то подсказывало мне, что вряд ли общины местных боггартов настолько многочисленны.

– Они были не одни, – дроу кивнула на отрубленную голову, подходя ближе. – С ними были гоблины.

Я и Ка’риш вопросительно посмотрели на перемазанную кровью эльфийку.

– Они не обитают в этих землях, – пояснила остроухая. – К тому же эти кажутся совсем уж дикими. Готова поставить, что появление мелких паразитов и этого переростка связано.

– А гоблины бывают не дикими? – на всякий случай уточнил я. Память не пробудилась, но почему-то в голове была стойкая ассоциация, что гоблины – почти синоним мелких, диких и бешенных хищников.

– Здесь бывают, – кивнула Лара. Только живут они южнее и сильно западнее.

Мысленно я дал себе обещание обязательно устранить пробелы своих познаний касательно местной географии и населяющих этот мир народах. Лишним в грядущих странствиях точно не будет, особенно если наши пути с девченками разойдутся.

– А чем этот монстр такой особенный, что на него твоя магия не действует? – кивнул я на тушу, обращаясь к Ка’риш и заодно возвращая ту в нашу реальность.

– Это не простой монстр, – медленно ответила ламия. – Это демон, – последнюю фразу девушки произнесли хором.

– Кто? – на всякий случай решил переспросить я – «Неужели монстры, которыми в моем родном мире христиане пугали своих противников, здесь действительно существуют?» – звучало как бред. Впрочем, мне, наверное, стоило бы уже привыкнуть.

Точно, Христиане, кажется, меня осенило, я мысленно поблагодарил Велеса, что память потихонечку возвращается. Русичи, вроде, уже давно отринули свою старую веру, став молиться Византийскому богу.

Но получается, что их старые боги никуда не исчезли и не погибли, они здесь, в другом мире. С одной стороны это добавляет происходящему вокруг некоторую логичность, с другой – вызывает еще больше вопросов. Например, почему именно я попал сюда, а не тот же Твердеслав? Он ведь умер со мной почти одновременно... Хотя тут кажется как раз все понятно, воевода, в отличие от меня, был христианином.