Я [ненавижу] аристо

Это всё, получается?

— Так точно, барин!

Пока старик разгибал пальцы, один из которых ему пришлось чуть подтолкнуть правой пятернёй, я переглянулся с Таисьей. Видно, что нервничает... Наверное, всё-таки не так уверена в нашей безопасности. А может не терпится спросить, кто же я на самом деле. Но не при нашем провожатом.

— А если... — Я огляделся в поисках каких-нибудь заборов или оград. Но за деревьями по сторонам пока были видны лишь другие ёлки да другие прогулочные дорожки. Только впереди показалась высокая крыша какого-то другого здания.

— Гуляйте, сколько душе угодно, вашество... — Старик сохранял невозмутимую приветливость. — Ежели, конечно, охрана имеется. И батюшка дозволяет.

В своих районах я, конечно, ни разу не видел разгуливающего аристо — ни с охраной, ни в одиночестве. Разве что на эстакадах иногда мимо проносились целые кавалькады дорогих машин и беспилотников. Внутри которых, возможно, был кто-то и из благородного сословия.

Но когда выбирался в центральные округа или старый город, иногда замечал на выходе из дорогих тачек или за высокими заборами ухоженных сквериков людей, похожих на моих теперешних соседей. Только те и в одежде словно изо всех сил старались перещеголять друг друга. А не только в украшениях и причёсках. Просто так — по тротуарам рядом с серыми толпами офисного планктона и работяг — ни один аристо не ходил даже в окружении взвода личной гвардии.

Ходить пешком у них, насколько я знал, вообще было не принято. Разве что вот так — в развалочку по паркам да садам. Или на беговом тренажёре, где благородное сословие сжигало те калории, которые, видимо, до того зачем-то жрало как не в себя.

— Ладно... Я на стадион... Только... — Таисья уличила момент и вклинилась в нашу беседу, заодно протиснувшись между моим плечом и чёрным протезом. И после того, как под её выразительным взглядом Пушкарь всё-таки скрипнул протезами и отковылял в сторону, девчонка быстренько шепнула мне на ухо.

И, вновь покосившись на посмеивающегося ветерана, она быстренько скрылась за живой изгородью.

— Переживает за вас Таисья Тигоновна, барин. Ежели позволите совет дать, то рекомендую этот момент ценить. Мало кого она себе за ровню считает. Хотя, конечно, по праву...

— А что ещё посоветуете? — Я пригляделся к зданию впереди.