Я [ненавижу] аристо

— Я кивнул на останки графа Кривошеина.

— Не только... Но в главном ты прав. Пятёрка за догадливость.

Вся эта информация вызвала во мне смешанные чувства. С одной стороны, к этой вседозволенности для элиты я ничего не испытывал, кроме презрения и ненависти. Но ещё помнил, как сам гонял по осеннему двору в каком-то рыцарском доспехе, размахивая деревянной саблей. И собирал у смеющихся надо мной соседей чёрствые пряники. Мама соорудила мне тот костюм совершенно волшебным образом — буквально из мусора. Ещё до того, как родился мелкий.

И мы с ним остались одни...

Мелкий!

— А где мой брат?!

— Как раз поэтому я и опоздал... Он умеет прятаться лучше тебя, знаешь ли.

— Что с ним?! — Вскочив на ноги, я тут же рефлекторно оглянулся в поисках чего-нибудь похожего на оружие. Кроме забрызганных кровью палочек, само собой ничего не нашёл. Пофиг... Если ты с ним что-нибудь сделал, козёл чёрный, я тебе и просто так глотку перегрызу! Не хуже Таисьи!

— Спокойно, Гор... — С этими словами опричник улыбнулся и полез себе куда-то под лацкан.

— С ним всё в порядке. Даже не простудился. Так что можешь оставить здесь те таблетки, которые украл у бедняжки Ульяны...

Продолжая улыбаться, вместо оружия он извлёк из внутреннего кармана небольшой смарт. И подкинул его мне:

— Открой видео на главном экране.

Поймав мобилку, я попытался её разблокировать:

— Тут нужен отпечаток пальца.

— Твой подойдёт.

Отпечаток действительно подошёл. Видеофайл лежал на самом видном месте миниатюрного рабочего стола.

«Тим-младший», гласило его название.

Пока загружался проигрыватель, я снова поднял взгляд на опричника:

— А сколько вообще времени прошло, с тех пор как я здесь?

— Не разочаровывай меня, Гор. — Собеседник изобразил сомнение. — Неужели сам вычислить не можешь? Ты же сообразительный парень...

Действительно... Машину мы с мелким обносили двадцать девятого... А Хеловин — тридцать первого... Параллельно с загрузкой я проверил ещё и мета-данные файла. Ну да, всё сходится.

В это время файл, наконец-то начал воспроизводиться.

И на экране я увидел своего брата, который сидел на краешке мягкого кресла посреди какой-то яркой детской комнаты, уставленной дорогой мебелью и ящиками, полными игрушек. Пацанёнок до сих пор был в той же одёжке, в которой мы пошли с ним на дело, хотя рядом с ним на небольшой кровати был аккуратно уложен тёплый спортивный костюм — как раз на него.

Похоже, что его снимала камера, установленная где-то под потолком.