Я [ненавижу] аристо

Вот и сейчас, присев возле пленника, я не стал больше рычать или скалиться. А просто протянул к его разбитому носу небольшой снежок. В отличие от окружающих нас талых сугробов, он был чистый — снег для шарика я только что собрал на соседней еловой ветке.

— Пф! — Наблюдая за этим жестом, Таисья вновь презрительно фыркнула.

Я ещё раз настойчиво пошевелил снежком, заодно принюхиваясь к реакции пацана. В конце концов, это же простой кабалёнок, а вовсе не наёмный убийца. И сейчас кто-то, возможно, просто использует его в своих целях — как и всю жизнь до этого.

Жизнь, которую он сам для себя не выбирал. Ему просто «повезло» родиться в семье, где папаша или вдрызг проигрался или пропил кучу заёмных денег. И теперь сын вынужден был отрабатывать долг семьи даже после смерти своего нерадивого предка.

Но пока я всё ещё чувствовал его страх... Неуверенность... И вот, кажется, слабый запах надежды... Да, он меня понял. И всё-таки осторожно потянулся за снежком.

Пока кабалёнок прижимал его к носу, я покосился на девчонку и шевельнул ухом.

Она снова фыркнула, прежде чем ответить:

— Да это я тебе и сама скажу. Полотёром он тут батрачит. — И далее девчонка обратилась уже к пленнику. — Ты чё тут сегодня-то делаешь? Выходной же!

— Д-д... Д-д...

— Говори, ну! — Рявкнула на него Таисья, топнув от нетерпения ножкой. — Тоже доктор пустил?!

— Д-д.. Д-долг отлабатывал...

— Да я и так знаю, что ты тут долг отрабатываешь! Кто тебя сегодня сюда пустил, говорю?! Доктор? Или ещё кто?

Я шумно выдохнул, призывая девчонку успокоиться.

Если он начал батрачить с того момента, как только ходить научился — как и прочие кабалята — не стоит ожидать от него блестящей смекалки. Хорошо, хоть, что вообще пару слов может связать. Но, по крайней мере, врать он тоже не умеет. А если бы и рискнул — я бы это понял даже в своём привычном обличье.

В это время, выронив от испуга снежок, паренёк растерянно хлопал ртом как рыба — окончательно потерявшись в потоке гневных вопросов.

Я вновь приблизился к пленнику и спокойно заглянул в перепуганные глаза, скатав ему новый шарик из чистого снега.

Вновь прижав его к носу, паренёк всё-таки опять сбивчиво загундосил:

— Я вчела т-там п-полы м-мыл... — Он осторожно вытянул руку в сторону библиотеки. — Всё х-холошо помыл... Чисто-чисто...

— Ну?! — Снова нетерпеливо рявкнула девчонка. — А потом?!

— Уход... Уходить... х-хотел. А д-двель заклыта...

— Это в библиотеке он, что ли полы мыл? — Я снова вопросительно оглянулся на девчонку, пошевелив ушами.