Темный Охотник

Эдакое… м-м-м… чувство завершённости. Как долька апельсинки с коричкой после потной стопки егеря.

Не успел я обогнуть озеро хотя бы наполовину, как булькнуло в первый раз.

Огромный такой воздушный пузырь поднялся на поверхность. По озеру пошла рябь. За бульком бульк, за ним третий, четвёртый и вот, не прошло и минуты, как озеро начало бурлить. Будто бы куда-то туда, в его недра, кинули гигантскую таблетку шипучего аспирина.

Ещё момент и… вот он!

Вылез, родненький!

Гигантский осьминог сиречь спрут. Без какого-либо намёка на антропоморфность, слава Кодексу.

Да и без особых отклонений от обычного морского гада, которого пускают на карпаччо или… да, на салат с гуакамоле. Хм-м-м… Понимаю, что утащить всё, что хочется у меня не выйдет, но может хоть кусочек щупальца?

— И-и-и-и! — для своих размеров и грозного внешнего вида тварь как-то уж слишком тоненько завизжала.

По ходу дела осьминогу было больно. Ну а ещё бы! То тут, то там с его тела свисали раскалённые адокуни. Вели себя, как настоящие пираньи – кусали и вгрызались в слабые места.

А если быть точнее, то в глаза и присоски. Осьминог пытался отцепить их от себя, но обжигался и отдёргивал щупальца. В общем, крутился, как уж на сковородке, но всё без толку.

А вот вылезти на песок с его стороны было довольно разумно. В воде у адокуней некоторое преимущество – они очень быстрые, при этом схватить их осьминог не может. А вот на песке преимущество уже у осьминога.

Я даже остановился, залюбовавшись этой битвой!

Осьминог не выполз – он выкатился на берег в десятке метров от моих вещей.

И принялся сбивать с себя адокуней, лупася щупальцами по песку. Учитывая его немалые размеры, – а длина щупалец, наверное, была метров пять, если не больше, – удары эти взбивали целые тучи песка. Мои рыбёшки летели в разные стороны, но не сдавались. Они может и сдались бы, но мой приказ однозначен – найти и убить. Они нашли. Теперь убивали.

Отлетевшие в сторону адокуни, сориентировавшись, шлёпали обратно в воду, а оттуда, разогнавшись, выпрыгивали как из катапульты, и снова лезли в драку.

Точно надо ещё наловить! Отличные бойцы из этих рыб! И вкусные к тому же.

Но перевес всё же был на стороне осьминога. Доведённый до отчаяния, он, похоже, перестал обращать внимание на боль. И тут моим адокуням настал каюк. Осьминог, невзирая на ожоги, хватал рыб за хвосты и молотил ими об песок. Вот одна рыба ушла на перерождение, другая…

Так, а куда двинется спрут, разобравшись с рыбами? Очевидно, в прохладную воду, залечивать раны.