Время орка

– Потому что эта стрела попала туда, куда она попала, – пояснил Алим, но, видя, что орк его не понял, продолжил: – Видишь ли, обычно у орков, как и у людей, сердце в груди находится слева, но иногда случается так, что всё наоборот. У тебя сердце с другой стороны, справа. Если бы стрела попала туда, ты был бы мертвее барсука, которого мы только что съели.

Закончив перетирать семена, Алим насыпал их в небольшой металлический сосуд и, залив содержимое водой, поставил на угли.

Ош почувствовал усталость. То ли весь этот разговор утомил его, то ли разморили пища и тепло костра.

Веки налились тяжестью, и глаза стали закрываться сами собой.

– Это лекарство действует, – пояснил Алим, помогая Ошу вернуться на его лежанку, охапку лапника, накрытую тонким потёртым покрывалом. – Тебе нужно поспать.

Когда Ош вновь улёгся, Алим снял с углей сосуд с тёмным напитком и наполнил свою чашу. Пригубив небольшой глоток, он удовлетворённо выдохнул. 

– Спи, Ошорк, и кошмары тебя больше не потревожат, – пообещал он, и орк тут же, как по волшебству, провалился в небытие.

* * *

Когда Ош проснулся, в небе догорал закат. Старик был прав: на этот раз орк спал спокойно и умиротворённо. Он даже подумал о том, что уже давно не спал так хорошо.

– Алим? – позвал он слабым голосом, но ответа не последовало.

Ош повернул голову и огляделся. Стоянка была пуста. Ни старика, ни его пожитков не было видно. Угли в костре едва теплились, свидетельствуя о том, что разводивший его человек ушёл довольно давно.

Не привиделась ли ему эта встреча? Нет, покрывало лежанки было всё ещё под ним, да и грудь орка всё ещё перетягивали длинные полосы тонкой ткани.

Алим ушёл. В этом не было никаких сомнений. Кем был этот человек? Зачем он помог умирающему орку и даже разделил с ним трапезу? Ош не знал этого. Произошедшее было столь же невероятным, как и сам факт того, что он всё ещё жив.

Что дальше? Он понятия не имеет, где находится. Оружия нет. Соплеменников не осталось.

Прошлое мертво.

В конце концов, немного поразмыслив, Ош решил двинуться в предгорья, туда, где людей было меньше, а дичи больше. Поднявшись на ноги, он сделал два, в целом приятных, открытия. Первое заключалось в том, что ноги уже довольно сносно его держали. Второе открытие было воткнуто в ствол сосны, под которой он лежал. Это был небольшой, грубо сработанный, но вполне пригодный для использования нож. Даже самый тупой орк догадался бы, что это дар Алима.