Долина Студеного Пика

Но вот и все! Я вооружен и защищен! Молись, шкура блохастая! Ибо, я иду!

До первого расширения карниза добираюсь все также медленно. Пару раз чуть не срываюсь. Один раз от неожиданного волчьего воя, раздавшегося не так уж и далеко.

Только ступаю на карниз, ведущий к следующему расширению, до моих ушей доносится новый вой. А затем из-за небольшого выступа в стене, который карниз огибает, появляется волчья морда. Увидев меня, эта морда становится очень довольной.

– Чего скалишься, шапка меховая? – спрашиваю волчонка и пячусь назад.

На карнизе воевать неудобно. В любой момент можно соскользнуть вниз. А вот принять стойку в расширении и поджидать тут противника, намного комфортней.

Волчонок, поначалу приближавшийся ко мне с радостной и забавной физиономией, чуть замедляется и начинает показывать клыки. Шерсть на его затылке вздыбливается. Клыкастый принимается зловеще рычать.

Ну, и куда милота былая делась?

– Ты ни фига не волчонок, – втолковываю рычащему зверю.

И тут, наконец, обращаю внимание на системную информацию над противником.

Оголодавший детеныш древнего арктического волка – 9 уровень.

Охренеть тут мобы жирные!

Девятый, мать его, уровень! И это детеныш!

Волчонок решает не дожидаться пока я отойду от культурного шока. И бросается вперед.

Пытаясь прикрыться своим чудо-щитом, тыкаю в зверя своим не менее расчудесным копьем. В морду, куда я целил, острый каменный наконечник попасть не успевает.

Насколько серьезные повреждения я смог нанести, увидеть не получается. Оскаленная морда ударяет в щит. Удар стремительный и быстрый. Моя рука не выдерживает такого напора. Ноги тоже. От толчка теряю равновесие и падаю на задницу. А челюсти хищника смыкаются на плече правой руки, что выкинулась вперед для удара копьем.

От вспышки боли чуть не теряю сознание. Бью противника щитом по голове.

– Отцепись! – сквозь зубы рычу я.

Правая рука не слушается. Волчонок рывками дергает головой и телом, словно собирается оторвать плечо вместе с рукой и половиной груди. Еще раз бью его по голове щитом. Но удар получается слабый. Точку в противостоянии, а, вернее, в моем безжалостном убийстве, ставит мохнатая лапа, что когтями вспарывает мне глотку.

Вы умерли.