Долина Студеного Пика

Скосив взгляд вниз, снова улавливаю изображение трех цветных полосок. Красная, зеленая, синяя. Каждая с еле заметным пояснением. Здоровье, запас сил, мана…

Приплыли… Похоже, у меня действительно нарушение работы мозга из-за обморожения.

Ну, не в игру же я попал, в самом деле?

Хотя я пару книжек читал на эту тему. В одной там главный герой до жопы был счастлив, что попал в игру. А в другом сюжете парень тоже нихрена не верил в случившееся. Сука…

Лежит мое тело в каком-нибудь реанимационном отделении, все утыканное датчиками.

Сознание его покинуло. И видит реалистичные бредовые мультики.

Это в лучшем случае. Могу и в какой-нибудь подворотне валяться с пробитым черепом. Глаза пялятся в небо. И никто не спешит мне помогать.

Хотя, зная себя и свою страсть к быстрой езде, мог и в аварию попасть. Что тоже не лучше.

Кое-как утвердив себя на ногах, начинаю внимательней оглядываться. Нахожусь в темном каменном коридоре. Я бы сказал пещере. Справа этот коридор теряется в беспросветной тьме. Слева он немного освещен, но дальше изгиба не рассмотреть.

Болезнь прогрессирует. Вы теряете здоровье.

Примите меры.

Реально здоровье теряется. Пусть и медленно, но красная полоска начинает сокращаться.

Барсучий сук!

А что будет, когда она кончится?

Я хоть и убежден, что это все галлюцинации, но проверять реальная ли будет смерть совсем не хочется.

Примете меры, блин! Какие тут меры?! Чем я себе помогу?

Вокруг ничего и никого нет. А одет я в какие-то рваные лохмотья, что чудом еще держаться на моем теле.

Через многочисленные прорехи, голые участки кожи обжигаются редкими легкими дуновениями ветерка, приходящими из коридора слева. Даже непонятно, как выглядела одежда раньше. Словно она провалялась в земле с пол века, а теперь, когда археологи ее достали, рассыпается прямо в руках.

Выхода другого нет, как идти к свету. Вон туда. Налево. К свету, к людям.

Что и пытаюсь сделать.

Шаг получается сделать с трудом. Медленно. Это больше похоже, что я просто сдвинул ногу чуть в сторону. Второй шаг такой же тяжелый.

Третий чуть легче.

На четвертом некое подобие обуви, в которое я был когда-то обут, расползается и разваливается. Ступня тут же начинает ощущать стылую поверхность камня.

Как будто они до этого мало морозились.

Мне ничего не остается, как терпеть, скрипеть зубами, в том числе от холода, и переть дальше по каменному коридору.

Мысли заполняет желание поскорее выбраться на свет. Чудится, будто там ждет спасение. Избавление от мук и истязаний.