Книги Илуге. Часть 1. Джунгар. Обитель духа

Да только больше всего, простит Небо, задницами своими меряются: кто впереди кого сел, да кто перед кем не так шапку заломил. Вот в чем дни свои проводят, мне ли не знать! Насмотрелась! - Разве может такое быть? Конечно же, мудрые вожди заботятся лишь о нашем общем процветании, - благочестиво косясь на хозяйку, сказала Янира. - О твоем процветании забочусь я, и - ох! - по-моему, я слишком щедра! Ну кто еще, скажи, потчует рабынь с барского стола? - Тот, кто боится, что их отравят, - насмешливо бросила Янира.

Подбородок борган-гэгэ дернулся: стрела попала в цель. - Ах ты, неблагодарная негодяйка, - завопила она, запуская в Яниру шелковой подушкой. - Я придумала эту сказку, чтобы посадить тебя, безродную замарашку, за свой знатный стол, а ты еще и дерзишь? - О, разве я о вас, борган-гэгэ? - защищалась Янира. Ее глаза, густо-синие, как горная горечавка, смеялись. - Да мне бы и в голову не пришло… - Госпожа Хотачи. - Полог шатра дернулся. Показалась голова второй постельной служанки, Муйлы. - Соблаговолите ужинать? - Соблаговолю, - барственно махнула пухлой, унизанной перстнями рукой госпожа Хотачи, и Муйла, скинув кожаные башмачки без задников, внесла в шатер уставленный яствами поднос. В душе борган-гэгэ привязанность к девушке явно боролась со страхом. Отпустив Муйлу, она даже протянула руку к куску баранины, но владевшая ею столько лет мания не желала выпускать ее из рук: пальцы борган-гэгэ скрючились, а потом сжались в кулак. - Ешь, - приказала она Янире. Решив, что на сегодня хватит испытывать терпение хозяйки, Янира принялась за обе щеки уписывать вареную баранину, жаренных на вертеле уларов и вкуснейшие сырные лепешки, не переставая расхваливать искусство повара и щедрость борган-гэгэ. Наконец голод в старухе пересилил подозрительность, и она протянула руку, как обычно, выхватив кусок, который уже взяла было Янира. «Я бы ее пожалела, если б могла, - подумала девушка. - В конце концов ее муж, сын и еще боги знают сколько родственников было отравлено. Но мне от этого не легче. А лучше б я ее хотя бы ненавидела…» После ужина борган-гэгэ, вытерев о подушки жирные руки, подобрела и пожелала послушать, как Янира играет на куаньлинской цитре: у девочки с детства неплохо получалось, и теперь она действительно могла гордиться собой.