Восхождение Патриарха I

Если он говорит правду, то моя ситуация гораздо хуже, чем я думал…

Молчание длилось слишком долго.

— Не трудно догадаться, что ради власти.

Он сделал еще один глоток кофе, и начал говорить.

— На самом деле, род Морозовых очень древний. Древнее Елизаровых и Пламеневых. — заявил он. — Роман и Мороз были двумя братьями. Когда Рюриковы привели страну к краху, именно Роман и Мороз вместе устроили восстание и свергли диктатора. А после основали новую империю на землях разрушенного государства. Позже потомков Романа начали называть Романовы.

А потомки Мороза стали Морозовы.

Его слова были больше похожи на бред, нежили правду.

— В это сложно поверить. — признался я.

— Тем не менее, это так. Но с тех пор очень многое изменилось. Особенно это касается периода, когда потомок Рюрика устроил восстание и временно захватил власть. Морозовы тогда обладали огромной властью, и потому их начали всячески ограничивать, опасаясь восстания. Собственно, так и случилось – когда Романовы вернулись, первыми и самыми сильными их сторонниками были Морозовы.

Однако, когда Рюриковы добровольно уступили престол, Романовы забыли обо всех обещаниях и фактически задавили оба могущественных рода.

— К чему вы клоните? — так и не понял я.

— Как я и сказал, я второй сын. Вы недавно взяли в ученики ту, кто также была тенью сестры, и должны понимать, что я испытывал…

— Ну, допустим. Неприятно каждый день слышать какой ты неудачник, и как хорош твой брат. Но и что с того?

— Меня не устраивало, что титул и все почести достанется моему брату, и я решил пойти ва-банк…

— И подговорили Морозовых пойти с вами.

— понял я.

— Верно. Если бы все получилось, то Морозовы стали бы вторыми после Романовых…

— Но вы переоценили и себя, и нас. — хмыкнул я.

Возможно, будь я настоящим Максимом, то эта история задела бы меня гораздо больше. Но сейчас я чувствовал себя лишь сторонним наблюдателем.

— Жестокая правда. Род Морозовых вырезали, а меня наказали другим способом… — он опустил взгляд, скрывая свою боль.

— Они вырезали всю мою родовую линию и лишили возможности иметь детей…

Для аристократа не было участи хуже, ведь для них их потомки – это будущее. Лишая детей, ты лишаешь их будущего.

— Ваш брат не пощадил даже племяшек, но оставил в живых меня? — удивился я.

Он промолчал. Долгих несколько минут он сидел и не двигался. Ушел в себя, судя по всему. Но наконец вздохнул, будто решившись мне кое-что рассказать.