Восхождение Патриарха I

И даже если предположить, что я еще пару раз эволюционирую, победить будет непросто, и легенда о непобедимом Максиме Морозове будет разрушена. А это в свою очередь приведет к ужасным последствиям.

— Во-от ведь…

Долго думать не пришлось. У меня есть только одна возможность победить – воплотить старый план Павла. Сейчас Андрей возмужал и вряд ли умрет. Но нельзя быть уверенным, что, если я переусердствую, он останется в порядке.

«В детстве все было проще. Там о силе взрыва я не волновался.»

Проворчав про себя, я подошел к директору.

Вопреки всем моим ожиданиям, директор сидел на рабочем месте и с задумчивым лицом перебирал бумажки… на нем даже очки были!

Как там Асука говорила? Мой шок в шоке!

Мир уже не будет прежним…

— Чего встал? Проходи. — сказал директор.

Когда он снял очки, развалился на стуле и положил ноги на стол, мой диссонанс прошел.

— Категорически приветствую. — улыбаясь я сел на другое кресло.

— Пришел выпить? — загорелись его глаза.

— Как-нибудь в другой раз. — отмахнулся я.

— Пф, а я думал, что ты повеселее будешь. — пробурчал он.

— Так надо было произвести хорошее впечатление, чтобы на работу приняли. — парировал я.

Директор ухмыльнулся. Похоже, такой ответ ему понравился.

— Ладно, чего хотел?

— Ну, тут такая ситуация... один из второгодок бросил мне вызов. И… мне нужен твой особняк в качестве арены.

Наглость высшего уровня. Любой другой на его месте сразу отказался бы. А возможно даже уволил бы меня.

— Назови хоть одну причину, по которой я должен дать добро?

Я ждал этого вопроса.

— Хотел сказать еще вчера, твой особняк нещадно устарел. Можешь спросить прислугу. Фонтан у ворот? Банально и слишком старомодно. Гораздо круче будет смотреться автопарк ваших сорока семи машин ограниченного выпуска.

— Пха-ха-ха! Отличный ответ! В таком случае, когда ты столкнешься с Быковой? — поинтересовался он.

А вот тут уже вопрос гораздо сложнее.

— Вообще-то… вызов мне бросила не первый номер рейтинга… — признался я.

— Неужели Драгунова? — удивился он.

Создавалось чувство, будто директор больше рад моей битвы с Ангелиной, нежели с первым номером в списке. Он аж воодушевился на этих словах.

— Нет. Тот, кто бросил мне вызов, не входит и в сотню сильнейших учеников.

На этих словах он уже нахмурился.

— В таком случае, какой смысл в этом бою? — задал он закономерный вопрос.

Похоже, ему не понравилось, что я принял этот вызов.

Что же, теперь самая тяжелая часть.