Восхождение Патриарха I

Поработайте с нашими учениками, и вы поймете, что камера – это не так уж и страшно. — отшутился я.

Капитан попрощался и ушел. Вместе с ним ушли и остальные полицаи. Я остался наедине с директором и родителями Розалин.

Когда дверь закрылась в кабинете стало темно и тихо. Я больше не натягивал на свое лицо улыбку. Вместо этого, я со злостью посмотрел на так-называемых родителей Розалин.

— Господа Лукьяненки, можно у вас спросить… — я подошел к отцу спасенной девушки. — Почему ваша дочь пропала две недели назад, но вы не озаботились ее поисками? С вашими возможностями найти пропавшего человека было бы плевым делом!

— Следи за языком, юнец.

Из уважения к господину Рюрикову я проигнорирую твою дерзость, но…

Я сжал кулак и со всей силы ударил его в солнечное сплетение – прямо туда, где должно было быть ядро. Это одно из слабых мест любого человека. И взрывом энергии я заставил его упасть на одно колено.

Женщина аж подскочила, но одного взгляда хватило, чтобы она замерла на месте.

— Оставь свою напыщенную гордость при себе, засранец. Мне плевать аристократ ты или кто, я спрашиваю тебя, почему не озаботился безопасностью Розалин? — схватив его за воротник, я легко поднял его одной рукой. — Это ведь из-за ее дара, верно? Я недавно видел наследницу рода Лукьяненко, она ведь первокурсница, да? Не буду спрашивать почему старшая дочь не наследница – это не мое дело, но так прямо отказываться от ребенка… — я ударом отбросил его в стену.

Лукьяненко был сильным.

Генерал начального уровня. В бою мне его ни за что не победить. Но сейчас это и не бой.

— Что ты себе позволяешь, выродок?! — заорал глава рода.

Он уже собирался было напасть, однако встал директор.

— Дмитрий Анатольевич, прошу вас, успокойтесь. — сказал он, заставил отца Розалин замереть.

— Но ведь, господин Рюриков… — он в неуверенности застыл, смотря то на меня, то на директора.

Выступить решила его жена.

— Господин Рюриков, мы смогли смириться с тем, что нашу Зеролин будет обучать простолюдин.

Однако, хотите сказать, что мы должны терпеть такое отношение от него?!

Похоже ее возмущение не имело предела.

— Отнюдь, ведь действует он не от себя, а от имени академии. То есть, от моего имени. — строго посмотрел на них директор, после чего эта женщина будто сдулась. — И ладно бы мы не имели отношения к этому делу, но ведь Розалин Дмитриевна является ученицей нашей академии.

Оба горе-родителя застыли.