Том 1. Иномирец

Глава 8. Разработки

Вся следующая неделя была проведена мной за начертанием световых печатей. Я сделал почти что тысячу таких, так что ее я начерчу и вслепую, да посреди ночи. Да что уж там, эта падла мне в кошмарах снилась!

Ладушки, хрен с ним. Призмы я установил и контуры активации, вывел на подобие курка. Линза была сделана заранее и ровно встала на свое место. Стеклянная пластина с фокусирующей печатью была установлена в месте, где фокус линзы достигал максимума. Передняя часть корпуса, установлена и соединена с помощью алхимии.

Вот теперь стою и любуюсь своим детищем. Испытать бы его, да вот только… Хрен меня из академии без сопровождения выпустят, а учитывая предполагаемую мощь лазера да еще и его яркость мне надо валить в какие-нибудь безлюдные горы. Коли я не дебил, то суммарная яркость луча, составит, плюс минус, пять миллионов люмен, а это астрономические цифры!

Мне о защите глаз можно не париться, так как я могу глаза прикрыть маной. А вот если использовать его вблизи от простых людей, то эти бедолаги, как пить дать, зрения лишатся.

Единственное что я могу придумать, это найти Дерека и попросить его о помощи.

И только я собрался идти к магистру, как в голове екнула мысль, та, что долго не давала покоя, оставаясь на периферии сознания. А гласила она о том, что я идиот.

На призмы, система охлаждения сделана, а вот на линзу и фокусирующую пластину нет. Дурак чтоб меня! Шустренько исправив этот дефект, я все же решил покрасить свое творение и кабанчиком метнулся до складов за черной краской.

И когда корпус уже блестел свежим покрытием, я, наконец, навострил лыжи к Дереку.

И вновь двор, и вновь холл главного корпуса. И вот я у двери кабинета Дерека, и… Облом?

Он сейчас ведет занятия по практической магии у третьего курса. Во всяком случае, так мне сказали проходящие мимо слуги.

Мда… И чего делать? Простояв минуты три я вспомнил про лесную полянку, куда я две недели назад забрел. Туда и направился.

Почти все ученики были на занятиях и парк был пуст.

Вот расступилась опушка и я вновь оказался на этом месте. И завалившись на уже знакомый, покрытый мхом камень, я уставился в небо, размышляя о вечном, о прекрасном и о том, чем бы посильнее можно шарахнуть. Я не думаю что моя жизнь будет похожа на бытие тибетского монаха, так что не мешало бы поднять свою боевую мощь.