Том 1. Иномирец

— Эх, не спать мне эту ночь!

Кисть мелькала в руках с большой скоростью, чернильница пустела, а серебряный диск луны медленно уступал свое место золотому солнцу, что поднималось из-за горизонта.

Незаметно для себя, я тихо провалился в глубокий сон, прямо на сваленные в кучу ремешки.

Просыпаться начал, от солнечных лучей, разгуливающих по лицу.

Снился мне очередной психоделический бред.

Как только я размялся, то принялся выделывать из стали гантели со штангой, а в дверной проеме установил турник. Ну что, пошла жара!

Через час, весь потный, уставший, но с неизменной улыбкой на лице я отправился в душ.

— Эх… Кайф! Прямо новым человеком себя чувствую! — снова раздался мой голос в никуда. Меня точно примут за шизика.По плану у меня на сегодня посещение урока фехтования, затем хочу опробовать оборудование для маневрирования, а затем наведаться в библиотеку.

Первый пункт плана оставил меня разочарованным.

Я, мля, ожидал, что научусь использовать меч, но эти инвалиды используют исключительно рапиры.

Вы блин в бою, этой булавкой что сделаете? В очко противника кольнете? Хотя даже с этим будет облом, так как жопа у воинов, всегда прикрыта латным доспехом.

Зря только время потратил, черт!

Тут мое внимание привлек звон металла, доносящийся из небольшого строения неподалеку.

Подойдя ближе, я понял что это была кузня.

Едва открыв дверь, меня окатил поток горячего, сухого воздуха. В горне яростно полыхал огонь, не крупный парнишка, налегал на кузнечные меха, раздувая пламя, а у наковальни стоял, и стучал по заготовке молотом, седой старик с подтянутым, волевым лицом.

Его бугрящиеся мышцы, были полны энергии, обрушая тяжёлый молот на заготовку, высекая искры. В глазах старика отражалось яркое пламя из горна.

— Мастер, я больше не могу! — кряхтел парнишка.

— Слабак, работать над собой больше надо! — тут его взгляд упал на меня. — А ты че прохлаждаешься? Бегом к мехам!

Это было сказано таким приказным тоном, что я ненароком вспомнил нашего майора.

На подсознательном уровне поняв, что старику лучше не перечить, ухватился за меха и начал раздувать пламя. Вот так вот меня запрягли работать.

Время шло, старик ковал, я чуть не валился с ног от усталости, но продолжал, стиснув зубы, работать. Не хотелось уступать этому старому хрену.

Близился закат, я уже вот-вот готовился отбросить ласты, но кузнец закончил, и опустил последний раскалённый клинок в воду. Из бадьи пошел пар, клинок потихоньку остывал.