Артефакты. Магистр Сагрэй

– Вы точно уверены, что мы идем куда надо? – периодически спрашивал он старика.

– Юноша, я прожил на этом острове всю свою жизнь! – с пафосом воскликнул бывший узник. – Я не могу заблудиться на Кьюгарде. Особенно в ясную ночь с яркими звездами.

– Последние двадцать лет вы прожили… На одном месте, – буркнул Кегро. – И никуда не выходили.

– Это не имеет значения, – усмехнулся Кресси. – Деревни не поменяли свое месторасположение. Я помню все эти места, как будто гулял по ним всего пару дней назад!

– Все же это было совсем не пару дней назад, – упрямо пробормотал Кегро, но его не услышали.

Он не доверял этому старику. Дэр Храфоль не был простым человеком: он являлся коренным жителем острова, да еще и благородного происхождения. Да, сейчас этот маг вроде был на стороне людей, но ведь раньше он спокойно относился к вампирам и даже общался с ними на равных. Не захочет ли он вернуть свои бывшие владения, снова продавшись вампирам? Такие мрачные мысли крутились в голове Кегро с самого начала пути, но старик о них и не подозревал.

А Храфоль был счастлив. Впервые за двадцать лет он чувствовал себя живым. Он не обращал внимания на усталость или риск быть пойманным и казненным. Единственное, чего он действительно боялся, это скатиться в безумие, в один из своих припадков. А он был недалек от этого, потому что все, что сейчас происходило, напоминало сон. Волшебный, прекрасный, но нереальный. Кресси боялся, что вся действительность вокруг него – всего лишь очередная галлюцинация, которая закончится, как только он проснется.

Поэтому он охотно взял с собой Кегро с детьми, чтобы хоть они держали его в сознании. Сейчас одиночества он бы уже не перенес.

– Как вас зовут? – спросил он как-то детей на очередном привале. Те молчали, испуганно таращась на него. – Вы умеете говорить?

– Они умеют, – ответил за них Кегро. – И даже неплохо. Только это редко можно услышать.

– Тогда почему они молчат? – настаивал маг. – Уж имена свои они могут назвать?

– Так у них нет имен, – пожал плечами Кегро.

– В деревне никто не дает имена детям. Большинство малышей почти сразу уходят к вампирам, какой смысл давать им имена? Наших тоже забрали бы, проживи мы там чуть дольше.

– Так же нельзя, – нахмурился Кресси. Он все еще пребывал в шоке от перемен, случившихся за последние двадцать лет на острове. В его времена люди тоже были подчиненными, а вампиры – хозяевами всей земли. Но никому и в голову бы не пришло назвать людей рабами.