Эхо Древних

Недооценили мы опасность, посчитав альбиносов обычной мелкой сектой, одной из множества подобных.

Внутри головы вдруг стало щекотно, словно крохотные коготки легонько царапали мозг. Это что-то новенькое – нейросап заблокировал внешнее вторжение. Причем, не технического уровня, а психоэнергетического. Реально? Попытка настоящего телепатического взлома сознания, лишь силой мысли, без помощи каких-либо устройств?! Вот и ещё одно научное открытие, заслуживающее тщательного изучения.

Альбинос тоже почувствовал неладное.

- Тебя должен увидеть Нгарх, - коротко произнес жрец. – Он и решит твою судьбу.

- Нгарх? – переспросил Кевин, которому ничего не говорило это труднопроизносимое имя.

- Истинный повелитель Юга, - кивнул жрец, - а вскоре и вашей империи.

- Не говори «гоп!» пока не перепрыгнул, - усмехнулся Кевин, вспомнив к месту старинную пословицу, - ладно, веди к своему вождю или кто он там у вас.

- Он выше вождей, царей, императоров. Нгарх – это бог!

- А, вот оно как… Не слишком-то скромно. Но довольно-таки типично и предсказуемо.

Альбинос, проигнорировав колкость, продолжал:

- Не ради безопасности – богу не страшен никто из смертных, – а ради демонстрации уважения и покорности, ты предстанешь перед Нгархом в шар-клетке. Войдешь в неё сам или нам применить силу?

- Вопрос риторический, я так понимаю?

Жрец, видимо, не знал смысла слова «риторический», нахмурился и промолчал.

Альбинос махнул рукой, приглашая следовать за собой, развернулся и пошел прочь.

Кевин пожал плечами и двинулся следом.

Серые карлики расступались неохотно, шипели и плевались. Видно было, как им хотелось ударить наглого и самоуверенного пленника. Особенно расстроились те трое, что надеялись поужинать Кевином. Ну что ж, у каждого в жизни свои неприятности. Кто-то остаётся голодным, а кто-то рискует стать ужином.

Жрец привёл Кевина на большую, хорошо утоптанную, площадку. Посреди неё возвышалась деревянная платформа с установленным посередине черным шатром. Видимо, там и проживал провозглашенный богом лидер южной орды.

С боку от платформы, на краю площадки, под охраной мускулистых чернокожих воинов, разместились сидя и лёжа несколько десятков военнопленных. В основном простые ополченцы, вчерашние крестьяне, которым не хватило духу или умения биться до конца.