Эхо Древних

И это не было очередным кулинарным наваждением – с каждой минутой запах становился явственнее.

- Там люди, - Шмелек остановился и указал рукой в нужном направлении. – И у них есть еда.

- Или нелюди, - хмыкнул Пархим. Как вожак их мужицкой банды, он вынужден быть осторожней прочих. Однако, на что не пойдешь из-за голода? Тут без вариантов, требовалось рискнуть.

- Кто у нас самый юркий? Никак Шнырь? – Пархим повернулся к суетливому мужичонке, который, как рассказывали, отмотал в своё время пять лет каторги за воровство.

Шнырь в ответ беззаботно пожал плечами и улыбнулся наполовину беззубым ртом.

- А вдруг вспугнет? – вмешался Гнездо. Ему скорей всего было без разницы, но парень никак не мог простить недавнюю обиду, искал повода прицепиться к вожаку. А может даже мечтал выйти с ним один-на-один, по справедливости, а не как в прошлый раз.

Пархим поморщился, но соизволил ответить:

- И что ты предлагаешь, Гнездо? Хочешь сам пойти?

- Я предлагаю пойти всем вместе. Но не шумной гурьбой, а рассредоточиться…

- Ишь ты, какой стратег выискался! – засмеялся Пархим, заставив парня покраснеть.

Но тот не сдавался:

- Стоянку эту с костром нужно заранее окружить и подкрадываться тихо. Напасть всем одновременно с разных сторон, по сигналу…

- Ещё неизвестно, может и не придётся нападать, - вмешался в разговор Шмелек. – Вдруг там одинокий путник. Увидит сколько нас – и сам с радостью отдаст всё, что имеет, только б не тронули.

Пархим задумчиво теребил бороду, пытаясь изображать из себя мудрого командира.

Наверное, представлял себя лихим разбойничьим атаманом. Только вот банда совсем зеленая – ни в одной схватке пока не довелось поучаствовать. Может в этот раз пройдем боевое крещение? А доносившийся запах такой вкусный, что ради него и умереть не жалко. Есть за что мужикам сражаться, лучше стимула и не придумаешь.

- Лады, убедили, - согласился Пархим, хотя никто, кроме Гнезда, его ни в чем не убеждал. – Будем окружать. И все ждите моего сигнала, без него чтоб не рыпались! Если услышите треск деревянщика – значит, атакуем.

А если пиликанье свиристелки – просто выходим, корчим страшные рожи, но никого не убиваем. Всё поняли?

Мужики закивали – чего ж тут непонятного. Если у костра расположилась семья каких-нибудь заплутавших беженцев, зачем убивать-то. Тогда ждём пиликанье. А окажись там свора дикарей (только чтоб без ящериц, храни господи) – колем и рубим, пока всех подчистую не изведём. Услышал трещалку – вставай и покажи, чего стоишь как мужик.