Подземный мир и живая вода

Теперь эта добрая кобыла, увидев перед собой небывалой величины жеребца, попятилась, села на задницу и уронила всадника.

Стражники переглянулись. Против коня нужны копья, а не мечи. Говорят, бывают рыцари, которые, будучи пешим против конного, одним метким уколом могут пронзить сердце вражескому коню. Правда это или нет, но это про рыцарей, а не про солдат.

Элефант подошел вплотную к столбу, уткнулся мордой в лицо Оксане и перекусил завязку, державшую кляп. Генрих и Якоб отпустили девушку, испуганно шагнули спиной вперед, запнулись о дрова и упали на другие дрова, собрав коллекцию синяков и заноз.

Оксана поставила ногу в стремя и запрыгнула в седло. Жеребец как раз сбежал с дневных занятий с седлом и стременами, подогнанными под рост Рафаэллы.

Арман фыркнул длинную фразу звуками, похожими на те, что издают лошади. Элефант остановился. Оксане показалось, что она теряет контроль.

- Чтоб ты подавился! – сказала она рыцарю, и тот закашлялся на середине фырка.

Ведьма ударила пятками в бока своего черного жеребца.

- Счастливо оставаться, засранцы! – крикнула ведьма на прощание, - Не поминайте лихом!

Гусиное пастбище после прощального проклятия ведьмы Генрих и Якоб отскребали от главной темы немецкого юмора три дня, отмахиваясь от шипучих и щипучих гусаков. Потому что епископ, старый зануда, все-таки пришел, хотя его и не позвали, и щедро раздал всем участникам событий подзатыльников и епитимий.

3. Глава. Жалованная грамота.

От Вены до Кракова Ласка и Вольф, отягощенные обозом из телеги и беременной кобылы, плелись почти десять дней. В столицу Польши въехали во второй половине дня пятницы, двадцать девятого ноября. Первого декабря начинался Адвент – католический Рождественский пост, включающий в себя четыре воскресенья до Рождества.

От Кракова до Чорторыльского, как запомнил Ласка, три недели пути. Через Сандомир, Люблин, Берестье и Минск. Чтобы прибыть самое позднее, днем в сочельник, двадцать четвертого, надо выехать из Кракова не позднее третьего.

На постоялом дворе нашли место, хотя и не без труда.

- Зачем ты тащишь все эти посудины? – недовольно сказал Вольф, наконец-то сев за стол, - Из-за них телегу пришлось нанять. Из-за телеги встали на постоялом дворе в три раза дороже, чем в ту сторону ехали.

- Доминго мерзнет, - ответил Ласка.

- Толстушка пустая идет.