Подземный мир и живая вода

- Зачем же мне до твоих хлопцев? – удивилась Оксана, - Воны разбойники и душегубы.

- А куда? Я зараз такому пану служу, ух!

- Из дома ушел?

- Ушел.

- То бишь, ты зараз бездомный бродяга, на чужой лавке спишь, чужим одеялом ховаешься? Зачем тебе жена, дурень?

- Але ж венчалися, клятву давали… - опешил Богдан, - Хочешь, до дому поидемо, якщо пан видпустит?

- Чего я у тебя дома не видела? Одно название что дом, хата хатой.

- Так якого рожна тоби треба?

- Палат каменных. Платье новое каждый год. Золота на расходы.

Богдан почесал в затылке.

- Ось будет вийна, так мы с паном разбогатеем…

- Когда она еще будет?

- Вот он где! – раздался голос Атамана.

- И с бабой с какой-то, - добавил Анджей, - Жену позабыл?

- Сдается мне, это его жена и есть, - сказал Кшиштоф, - Лаем лаются, а за ручки держатся.

- Да, хлопцы, це моя жинка Оксана, - ответил Богдан, - Прошу любити и жалувати.

- Любить и жаловать мы можем! – радостно сказал Анджей.

- Если я правильно помню, она ведьма, - сказал Кшиштоф.

- Ты что? – Оксана недовольно повернулась к мужу, - Не язык, а помело, вот я тебе покажу.

- Бросай ее поперек седла и поехали обратно, - сказал Атаман.

- Шо так? Мы ж Яна-мельника не зловили, а я его тильки шо видев, як тебе зараз, - удивился Богдан.

- Только что к нам подошел чорт, тот что нашего пана.

- Ага, видел его.

- Чорт сказал, что «Город Рим» на итальянском столе это достаточный Рим, чтобы Твардовскому сыграло условие отдавать душу и отправляться в Ад.

Атаман загнул палец и продолжил.

- Короли сегодня сердитые и жалобщиков не принимают, - Атаман загнул другой палец, - Наша жалованная грамота на виленское воеводство подписана, обратного хода из-за какого-то мельника не будет, - Атаман загнул третий палец, - Поэтому домой.

Оксана отступила на шаг.

- Что с ней? – спросил Кшиштоф.

- Хочет каменны палаты, новое платье кажный рок та ще чогось.

- Я тебе про Страхиню Бановича рассказывал?

- Ага.

Богдан легко закинул жену на плечи и подошел к товарищам.

- Поехали?

- Какое поехали! – возмутилась Оксана, - У меня на постоялом дворе вещи! И конь, который дороже всех ваших стоит. Поставь меня, сама поеду.

- Да, друг Кшиштоф, прав был Страхиня Банович. Справная баба в хозяйстве пригодится, - сказал Анджей, удивленно глядя на Элефанта, - Если его хорошо продать, то вот и палаты каменные.