Клыки и монеты

Мы решили, что нужно поймать Иво с поличным, прямо во время нападения на человека. Несколько недель пытались следить за ним, но так и не смогли понять, как он кормится.

— И чем все закончилось?

— Нужно было зарабатывать и мы переключились на других вампиров. Которых можно добыть без последствий.

Герхард помолчал, обдумывая рассказанную историю. По его мнению, Маркус и Луц плохо проделали работу. Речь шла не об аристократах, а обычных торговцах, пусть и при деньгах. И угрозы исходили не от мстящей семьи, а от одиночки.

Можно было повернуть ситуацию в свою пользу и обвинить Беккера в пособничестве вампиру.

— Скажи мне, друг мой Луц, не для того ли ты попросил о помощи, чтобы переложить на нас всю ответственность?

— Что? — вполне искренне удивился Айзегроу. — Нет! Нет, мне действительно нужна помощь. При всем желании я не справлюсь с этим один.

— Хорошо, верю. Как ты хочешь все провернуть?

— Его дом недалеко отсюда. Иво живет один, есть только приходящие слуги. По крайней мере, так было, когда мы следили.

Мы пробираемся к задней двери, выламываем. Находим Иво, убиваем, забираем органы. Потом зовем жандармов и подтверждаем, что мы не грабители, а убитый — не жертва разбоя, а вампир.

— План в общем звучит неплохо, но я против. Мы с Симоном не знаем, как выглядит этот Иво Шнеттен, ты точно не знаешь, живет с ним кто-то еще или нет. Я предлагаю понаблюдать пару ночей, возможно, застанем его во время охоты. И днем тоже, чтобы понять, кто может оказаться в доме.

— Это может оказаться слишком долго для Маркуса, — покачал головой Луц.

— Понимаю, но я не собираюсь рисковать и ломиться в дом вслепую.

— Хорошо. Пошлите, покажу вам его жилище.

Охотники прошли дальше по улице. Луц тихо предупредил, что следующий дом — нужный. Симон косился на жилище вампира, пока они проходили мимо. Это был двухэтажный каменный дом, узкий и вытянутый вглубь улицы, стиснутый с боков соседними постройками. Похоже, жилье вампира строили давно, когда город еще не разросся за кольцо городской стены и свободное место ценилось намного выше.

Герхард определил позицию для наблюдения для каждого их охотников. Симон и Луц заняли места в дальних концах улицы, сам Шрайбер решил пробраться на задние дворы и смотреть оттуда.

Как оказалось, мастер, который делал короб Луцу, лучше понимал ремесло заказчиков. Выбрав незаметное место, Луц поставил ношу на брусчатку и спокойно уселся сверху. Симон завистливо присвистнул, оценив задумку.

Вскоре часы на ратуше отбили десять вечера.