Клыки и монеты

Потом вообще остановился, повернулся на месте и стал ждать охотников, уперев руки в бока. Небрежным жестом Герхард велел ученику также остановиться. Они продолжили разговор, смотря чуть в сторону.

— А кто вторые?

— Один из них стоит перед нами. Это точно такой же вампир, не какой-то отдельный вид. Только этот прекрасно понимает, что делает. Еще до того, как здесь появились охотники, эти вампиры организовали подобие гильдии. Какие там правила, сколько членов, мы не знаем, они слишком осторожны.

Вампир понял, что они не собираются уходить, развернулся и пошел дальше.

Охотники без промедления двинулись следом. Мужчина прошел сквозь арку, образованную двумя притиснувшимися друг к другу домами, свернул в переулок. Симон быстро понял, что вампир специально шел так, чтобы они не потеряли его из виду.

Это немного пугало, с учетом того, что прежде говорил Герхард. Симон пожалел, что оставил отцовский нож дома, оставалось надеяться только на трость учителя.

— Так вот, продолжим рассказ, друг мой Симон. Этих вампиров легко узнать — они вырывают себе клыки.

Поэтому-то мы и называем их беззубыми. Это очень умный ход, признай. В наш век уже не нужны зубы, чтобы пустить кровь. Любое лезвие сделает легче и чище. А когда появились охотники, беззубые придумали кое-что, чтобы защититься.

— Кое-что? — переспросил ученик, внимательно осматриваясь по сторонам, высматривая возможную опасность.

— Еще до того, как я был на твоем месте, охотники и беззубые заключили соглашение. Если кто-то из беззубых становится нашей добычей, то в ответ они начинают нас убивать.

Так что прими как данность, что в городе живут вампиры, которых мы не можем тронуть.

— Подожди... — Симон поднял руку, останавливая учителя. Но он не смог ничего проговорил и только повторил: — Подожди.

— Можешь обдумать это. Недолго. Идем, дела не ждут.

Они осторожно следовали за вампиром, Герхард сдерживал шаг, придерживая ученика. Кружить пришлось долго, до самого заката. Трущобы не освещались в ночное время, и достаточно быстро видимость ограничилась полудюжиной шагов.

Симон понял, что окончательно заблудился и вряд ли смог бы с первой попытки выйти в знакомые районы.

— Слушай! — шепотом приказал Герхард, когда вампир резко вырвался вперед.

Эйбенхост застыл, попытался услышать, что происходит впереди. Но ночные трущобы издавали достаточно звуков, чтобы заглушить все, что происходило дальше по улице. В какой-то момент ему послышались звуки борьбы, даже отзвуки, но это можно было списать на воображение.