Клыки и монеты

Мужчину-кровососа увели со склада и больше он не вернулся. Оставалось только догадываться, что с ним произошло. Но Оливер не верил, что его отпустили с добрыми напутствиями.

Достаточно быстро фон Цаузер понял, что на складе содержали тех, кем он пытался притвориться неделю назад в тот злополучный вечер: бедняков, матросов проходящих кораблей, проституток, людей, которых не будут искать. Первое время Оливер пытался поговорить с товарищами по несчастью, но особого результата не было. Либо они понимал в происходящем не больше него, либо же осознавали, но не спешили делиться знанием.

В какой-то момент Оливер не выдержали и начал кричать на весь склад, требуя ответов. Другие пленники только морщились, пока ему не ответил сидевший в соседней клетке немолодой моряк с длинной, до середины груди, бородой.

— Умолкни, малой. Никто тебе помогать не собирается. Здесь каждый сам за себя.

Тем вечером на складе снова появился хромой. Многие пленники уже понимали, что следует за его приходом. Одни забивались в дальний угол, подальше от входа в клетку, другие же бросались к прутьям, крича и протягивая в молитве руки.

Смуглый моряк на стороне Оливера голосил громче всех, но на совершенно незнакомом языке. Впрочем, это возымело тот же эффект, что и молитвы на родном языке: абсолютно никакой.

Хромой несколько раз прошел вдоль дальнего ряда клеток, по каким-то видимым только ему признакам выбирая сегодняшний объект. Наконец остановился возле центральной клетки, неразборчиво приказал что-то сопровождавшим его морякам.

Те подтащили ошейник с жердями, в это время хромой начал прохаживаться вдоль второго ряда клеток. С замиранием сердца Оливер смотрел, как тот тяжело проходит мимо него в первый раз, потом во второй. Наконец он остановился рядом с соседней клеткой. Ее обитатель уже сидел там, когда сам фон Цаузер попал на склад.

— Сюда! — махнул рукой морякам хромой. По его движению поспешила пара подручных, которые готовили жертву.

Моряки отправились за пленником в дальнем конце зала.

К удивлению Оливера, он не сопротивлялся и охотно подставился под кожаный ошейник. В это время человек справа начал кричать под короткими, аккуратными ударами ножа. Фон Цаузер бросился к той стене клетки, прижался к прутьям, пытаясь лучше рассмотреть, что там происходит.

Когда человека в ошейнике подвели к клетке, он начал рваться вперед, так, что морякам пришлось даже сдерживать его, а не толкать вперед, как это было в предыдущие разы.