Клыки и монеты

Они как будто отгородились от всего мира и живут мирной счастливой жизнью, без рекрутского набора, без внеочередных налогов и всей нашей повседневности. Но за всем этим есть что-то очень неправильное.

— Готтлиб?

— А чего говорить? Обычные, честные люди. Наивные. Только растят какую-то непонятную дрянь. Герхард, ты помнишь, что обещал все выкупить?

— Помню и от слов своих не отказываюсь. Еще что-нибудь примечательное?

— Да не, ничего такого, — пожал плечами крестьянин. — Только мало народу там живет. Раз уж они безвылазно сидят в Зольрштейне, то их должно быть раза в полтора больше.

Но тут такое, не угадаешь. Это сейчас они сытые и с урожаем, а в прошлом году может зараза какая была или неурожай.

— Симон, ты заметил что-нибудь еще?

— Шеи. У каждого взрослого есть следы от укусов. У детей и подростков следов нет. У стариков — застарелые. Одних еще не кусают, других уже не кусают.

— А клыки?

— Клыки? — Симон запнулся. — На зубы я не смотрел.

— А зря. Повернись все иначе, этими зубами в тебя могли впиться.

Но не в этот раз. Все, кого я мог рассмотреть, остались людьми. Здесь определенно кормится вампир или несколько вампиров. И происходит все это очень расчетливо. В следующей деревне надо расспросить жителей о том, как связаны кровь и этот майиз.

— Тогда едем? — нетерпеливо спросил Готтлиб.

— Да. Только прибереги пока часть товара, чтобы было чем торговать в деревне рядом с мельницей.

Спустя полчаса они доехали до Нового Бримнора. Деревня оказалась еще меньше, на пять дворов. Вокруг были поля, засеянные пшеницей, горохом и самое большое — майизом.

Герхард привстал на козлах и рассмотрел, что между высоких рядов майиза ходили крестьяне, обрезали завернутые в листья початки и забрасывали в висящие за плечами объемистые плетеные корзины. Когда телега проехала мимо и стало ясно, что чужаки едут в деревню, мужчины потянулись следом, побросав работу.

Симон нервно оборачивался, следя за полудюжиной крестьян, которые шли за ними по дороге. Пока те выглядели беззлобно и походило, что приезжие их больше заинтересовали, чем напугали.

Герхард решил заранее дать понять, что они приехали без дурных намерений. Он помахал рукой и громко произнес.

— Доброго дня, уважаемые!

Старший из мужчин поприветствовал охотника в ответ. Остальные либо вежливо кивнули, либо промолчали. Когда они доехали до первых домов деревни, охотник жестом попросил Готтлиба натянуть поводья и спрыгнул на землю, не дожидаясь полной остановки.

— Уважаемые, мы торговцы-путешественники.