Вернуть Боярство 8

Тем временем окутанный молниями молодой воин, бросив короткий взгляд через плечо, нахмурился и бросил в воздух:

— Воздвигнись, Крепость Отпорной Звезды!

И молнии, стянувшись к своему повелителю, словно загустели, обрели материальную основу, свиваясь коконом вокруг чародея и ближайших к нему людей. А затем, не обращая более внимания на окружающих, он положил вторую ладонь на камень алтаря — и у Тайры волосы на затылке зашевелились от ужаса, когда он ощутил, что именно делает их враг.

— Верни украденное, падаль! — рыкнул чародей.

С правой руки в девушку непрерывным потоком вливались изумрудные молнии, левая же, свободная, исторгла черные, как сама тьма разряды прямо внутрь алтарного камня — и Свен, с четко ощутимыми нотками паники и страха в голосе, заревел:

— Убейте этого недоумка!!!!

Подавая пример, он нанёс удар первым — Секира Снежных Великанов, Заклятье Олафсона, смело остатки стен и потолка многострадального дворца, без разбора круша и убивая всех бедолаг за его стенами, кому не повезло попасть под горячую руку разошедшегося викинга.

Архимаги и Маги Заклятий были единственными, кому в радиусе километра удалось пережить остаточное эхо этого удара...

Громадная ледяная секира обрушилась с небес на землю, и в её эпицентре грянул направленный, управляемый взрыв ледяной магии — взрыв льда такой мощи, что земля на несколько километров вглубь и в стороны обратилась ледяным песком. Маг Заклятий был умелым пользователем своих чар — девяносто пять, а то и более, процентов мощи его удара, не расплескалось в стороны, нанося сопутствующий урон округе, нет.

Почти вся мощь этой атаки пошла в барьер застывших, материализованных молний — и этот удар не прошел даром.

Золотой, фиолетовый и синий, сплетенные вместе, обернувшиеся толстыми, застывшими жгутами молний, впитали в себя саму суть вражеской атаки, концепцию холода — и покрылись трещинами, явственно захрустев от повреждений. Обращенный в лёд, пусть всё ещё и крепкий, способный выдержать многое, они утратили внутреннюю стабильность — и в ход пошел следующий удар.

Сотканная из огня катана в руке могучего, иссеченного шрамами сотен битв и схваток воина не была столь впечатляюща, как громадная, многосотметровая ледяная секира, затмившая собой всё вокруг на сотни метров — но силы в её ударе было ничуть не меньше. И при этом концентрация магической мощи на сантиметр лезвия была на порядки выше, нежели у его союзника...