Андервуд. Том 2

Это обычная практика торговцев информацией. Тут рисковали все — если шпик раскрывался, то его тихо душили в подвальчике со слизнями, и дело с концом. Поэтому все деньги Ганса уходили на «зарплату» своему человеку, а тот платил своему. Подобные услуги стоили немало.

По донесениям, ценной вещью была диадема. На Арлингов работал опытный реставратор артефактов, поэтому они вызвались в качестве жеста доброй воли починить семейную реликвию.

Ганс знал место сделки. А также мелкие подробности, вроде маскировки под обычную встречу мещан.

Охраны было по минимуму — два человека. Оба мастера душ. Все эти зелёные камни были платой шпиону за проникновение в мастерскую и подмену украшения.

В идеале сделать бы так, чтобы артефактор починил диадему, а потом провести операцию с подменой, но у них слишком мало сведений и глаз. Лишь мелкий пацан и то совсем в другом месте.

Встречу со шпиком назначили в пустующем доме одной умершей престарелой дамы. У Ганса был ключ, так что он быстренько вошёл внутрь, положил на стол сумку и развалился в кресле, пропахшим старческим потом и лекарствами.

Через двадцать минут дверь открылась

— Сделал? — напряжённо спросил аристо.

Низкорослый вормлинг сначала грустно понурил взгляд, а потом пустился в пляс, отбивая ритм мелкими сапогами.

— Ах, ты зараза, — улыбнулся Ганс и забрал артефакт. — Сложно было?

— Все аристократы — такие лопухи — слишком полагаются на грубую силу и магию, — пересчитывая самородки, расплывчато ответил шпион, не желая выдавать свои секреты.

— Ну что, — он протянул руку. — До никогда?

С этим человеком младший Хьюз контактировал на протяжении полугода и уже притёрся.

— Да, славно поработали, может, останешься? Посмотришь, как я её сломаю, — улыбнулся он шпику.

— Нет, я там спешу, хочу сегодня же уехать.

— Да ладно, кстати, у меня ещё много заданий… — Ганс забросил удочку в последний раз и многозначительно поднял бровь.

— Извини, дружище, как бы другие планы. Считай я в завязке, — вормлинг бульдожьей хваткой вцепился в сумку и вдруг почувствовал смущение.

— Хорошо, — махнул он рукой, — давай ломай её. Я посмотрю.

— Ха-ха, отлично, — радостно подскочил Ганс. — Так и знал, что ты не откажешься от такого зрелища.

— Ещё бы, я ради этого момента все трущобы на пузе облазил, — его кожа ностальгически сошлась в гармошку на лысом затылке, он был низким даже для вормлинга — метр с кепкой, в самый раз для проникновений в чужие дома.