Андервуд. Том 2

Так и получался мощный «жизненный» фон от элитных построек и потому, чтобы быть в тусовке аристо, нужно постоянно поддерживать установленную планку. Минимально x5, в идеале x6 — это очень дорогое удовольствие. И вот, можете себе представить, какой ажиотаж поднялся вокруг столь лакомого кусочка?

Впрочем, это не его ума дело. Ник вернулся к своим баранам и сразу же отложил семнадцать кусков на покупку двух варанов — этого должно хватить. Итого у него осталось примерно девять тысяч экоинов, и вбухать он их хотел в кастеты.

Всё без остатка. Прошлые стоили ему скромные двести экоинов и неслабо так повредились.

С учётом того, что саламандра расплавила ему в некоторых местах металл, и чуть было не испортила футлярчики с мазью, Ник решил закрыть гештальт с хорошим оружием. Займётся этим на днях.

Он лёг спать и проснулся спозаранку от шума на улице. Оттопырив шторочку, Ник выругался. За воротами галдело столпотворение из желающих приобщиться к школе Саймона. Он с раздражением подумал, что теперь их и так редкие индивидуальные занятия совсем уж прекратятся, а ему ещё многому предстояло научиться.

Но потом понял, что слишком эгоистичен. Саймон мечтал о своём деле. Пусть и не знал, как продвигаться и рекламироваться, но чудом получил двух учеников. Несмотря на слабую теорию, практикой сенсей их точно завалил, а заодно и дал возможность подзаработать. За это время они стали больше чем учитель и ученики. Вполне себе сплочённая команда, дополняющая друг друга.

Тренер приказал собираться во дворе.

— Короче.

Я не буду вам тут речи толкать, — начал он сурово, — как и сказал, выживут лучшие из лучших — их я и буду учить. Остальные слабаки мне не нужны!

Собравшихся было больше ста человек. Наслышанные о несдержанном характере сенсея почти все вели себя уважительно. Кроме...

— Ты, да ты здоровяк, давай иди сюда, — холодно сказал Саймон.

Ник с Гансом стояли позади на почтительном расстоянии, а всех кандидатов кое-как умудрились вместить во внутреннем дворике. Точнее, первые пятьдесят человек. Остальные ждали снаружи.

— Я сказал что-то смешное? — спросил он ухмыляющегося верзилу — такие непригодны для военной службы, но приспособились щипать приграничные зоны, либо сколачивались в банды, терроризируя окраины Андервуда.

— Нет, но просто вы такой серьёзный, — глупо хохотнул весельчак, — школа, туда-сюда. Я думал здесь всё по-деловому пхх, — он прикрыл рот широченной рукой, — а у вас даже заборы из костей, пха-ха-ха, — прорвался, наконец, его громогласный смех.